Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Времени почти не оставалось, а я вошла в гостинную.

Стараясь не смотреть на бывшего, я достала шар, сжала его в руке, и по стенам, по каминной полке, по полу поползли цветы. Нежно розовые, они вызывали изумленные ахи. Кто-то из дам приподнял юбку, а все вокруг превратилось в цветочную поляну.

— Браво! Браво! — захлопала герцогиня. — Какая прелесть! А потрогать можно?"

"— Конечно, — кивнула я, видя, как невеста смотрит себе под ноги.

Все шуршали, переговаривались, кивали друг другу. Сейчас они любили меня не больше, чем портниху, которая угадала с фасоном платья, затмившее всех красавиц на балу.

Маленький Нил злобно топтал волшебные цветы ногой. Он бегал вокруг кресла матери, пытаясь затоптать магию. А потом он стал орать, и мать взяла его на руки.

Это была маленькая разминка. Чтобы прощупать размеры помещения. Я называла это “заставками”. Они не требовали особой концентрации и внимания.

Я видела как Амбер вел свою невесту в сторону роскошных кресел. Как она смущенно покраснела, когда он галантно пододвинул кресло под нее.

Он сел рядом. Я поймала его взгляд, как вдруг его рука скользнула с подлокотника и прикоснулась к тонкой руке будущей жены. Та сначала дернулась, смутилась, но дракон бережно взял ее руку в свои и положил себе на колени. Взгляд невесты скользил по родителям. В нем отчетливо читалось: “Мама? Папа? А так разве можно?”. Но Женевьева Роккар едва заметно кивнула дочери.

— Присаживайся, малыш, — произнесла герцогиня, показывая на кресло неподалеку..

Вэндэл гордо вскинул голову.

— Мадам! Я — мужчина! Я не имею права сидеть, в присутствии дам! — произнес он.

На лице герцогини читалось умиление. Очень надеюсь, что искреннее.

— Могли бы приглушить свет, — попросила я.

Слуга, стоявший неподвижно, тут же бросился тушить свечи. В гостинной воцарился таинственный полумрак.

Яркая огненная вспышка осветила центр комнаты. По полу, словно ковер поползла зеленая трава, а вместо стены с камином появились дальние — дали и роскошный замок. Розовые кусты зашелестели, а двое влюбленных сидели на скамеечке, пылко признаваясь друг другу в чувствах.

Это была очень грустная история любви.

— Ах, что скажет мой отец! Ведь я обещана другому! — восклицала красавица, отодвигая от себя настойчивого возлюбленного, который лез к ней с пылким поцелуем.

— Тогда я похищу тебя, — страстно шептал мужчина, склонившись к ней. — Прямо со свадьбы…

— Ах, вы говорите глупости, — шептала польщеная красавица. Я смотрела внимательно за каждым ее жестом.