Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Понимаешь? Одного этого достаточно, чтобы смотреть на меня с восхищением, искать расположения и падать в обморок от одного моего имени. А Алексия… Она даже к цветам отнеслась обыденно. Словно ей оказал знак внимания какой-то простолюдин.

Дрэйк опять хмыкнул."

"Такие рассуждения, да вкупе с обидой… Это было что-то новенькое. Но реакция девицы действительно была странной. Такого не то что сам Дрэйк, весь правящий род ещё не встречал.

— Может она влюблена в кого-то другого? — предположил высокий лорд.

— В кого? — едко возмутился Нэйлз.

— В Бертрана?

— Ну, в Бертрана вряд ли, — отозвался дядя.

Потом подумал и не удержался от подколки:

— Может в Корифия? Он вроде привлекательней.

Нэйлз вспыхнул и посмотрел остро. Неуместная шутка. Симпатия к Алексии была ещё слишком сильна.

Но Дрэйка порадовало то, что продолжения у всей этой истории не будет. Его племянник, конечно, молод и не всегда разумен, но не настолько, чтобы раз за разом разбивать себе лоб.

Только вот вопрос — а сама Алексия его отпустит? Леди нужен покровитель.

Что может какая-то девчонка без поддержки? Даже с учётом внезапно пробудившейся магии, она не может ни-че-го.

— Я всё равно на тебя зол, — резюмировал Дрэйк. — В гильдии злы ещё больше. Сейчас ты соберёшься и поедешь к главе. Упадёшь в ноги и, как хочешь, объяснишь свой вчерашний поступок.

Нэйлз кивнул. Он не испугался. Знал, что так и будет.

— Ущерб компенсируешь из своих денег, — добавил Дрэйк.

Это тоже было ожидаемо. По-настоящему неприятным стало другое:

— А когда закончишь с гильдией, пойдёшь и объяснишься со своей матушкой.

До неё, как понимаешь, новости тоже добрались.

Вот тут Нэйлз застонал. Протяжно так, с неподдельным страданием.

— Ну а как ты хотел? — развеселился Дрэйк. — За всё в этой жизни нужно платить.

— Может не надо? Может ты как-то сам с ней…

— Неа, — ответил дядя с подчёркнутым удовольствием. — Заодно и про симпатии к Алексии Рэйдс расскажешь.

Нэйлз испытал желание удариться лбом о столешницу. Матушка очень ревностно относилась к его личной жизни.

Очень беспокоилась о том, что сын может влюбиться в кого-то неподходящего. Это была её больная мозоль.

Однако личные страдания не помешали спросить: