Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Милая, я знаю, что он сделает все возможное, что поскорее вернуться и облегчить твою боль, — Дайан плавно наклоняется ко мне, заключая в объятия. От нее пахнет яблочным штруделем и кофе из больничного автомата.

Ди не покидала пределы клиники с тех самых пор, как меня сюда доставили. Приятно ощущать настолько сильную и искреннюю поддержку и заботу.

— Тебе нужно домой к мальчикам, — отправляю её во дворец я, осознав, что она все это время наверняка ночевала в клинике. Дайан коротко кивает, не решаясь спорить.

— Твоя мама и сестры зайдут к тебе прямо сейчас.

Ты готова поговорить с ними? — осторожно интересуется Ди.

— Хорошо. Пусть войдут, — разрешаю я, с тяжелым сердцем ожидая спешащую поддержать меня делегацию.

***

Ночью мне совершенно не спится. Сколько не переворачиваюсь с бока на бок, все равно затекают ноги и шея, все мышцы. Я буквально начинаю задыхаться от мучительной бессонницы, от отравляющих мыслей, раздражающим роем зудящими в голове. Лунный свет бьет по радужке глаз, минуя довольно плотные портьеры, намеренно мешая мне забыться в царстве Морфея.

Убедившись в том, что больше не привязана к капельнице, я встаю с постели и покидаю больничную палату. Времени на прогулку у меня не так много, потому что я уверена, что дежурная медсестра совершает обход каждые десять минут.

Бесцельно и медленно перебирая стопами по прохладной, мраморной плитке клиники, я передвигаюсь вдоль стен и дверей. Останавливаюсь лишь тогда, когда замечаю в тупике длинного коридора дрожащую девушку.

Потерянная она стоит ко мне спиной. Хрупкая, невесомая, сломленная, охваченная сумрачным светом… Девушка кажется моим собственным отражением, полным отожествлением внутреннего состояния."

"Она дрожит, задрав голову к потолку. Я не вижу её лица, но более чем уверена в том, что она читает молитву или разговаривает с утраченной маленькой душой, которая также не смогла прийти в этот материальный мир.

Услышав мои приближающиеся шаги, она оборачивается и поднимает растерянный взгляд. Покрасневшие воспаленные белки с полопавшимися сосудами, потухший взгляд — все это мелкие и едва заметные дефекты в сравнении с кровоподтёками и ссадинами на её теле, которые не способна скрыть ночная рубашка.

В груди что-то вновь обрывается, когда в тонких чертах лица молодой девушки я узнаю до боли знакомую мне женщину, с которой провела бок о бок довольно много времени.

— Рамилия? — тихо зову по имени свою ассистентку я, интуитивно считывая её боль, что так схожа с моей.