Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Против такого животного бешенства были бессильны любая шпионская выучка, любая специальная подготовка, любые боевые приемы, потому что все это чисто человеческие ухищрения, а в той силе, что питала эту дикую ярость, этого самого человеческого было очень мало. Это было что-то другое. ДРУГОЕ…

Но это Катя осознала уже позже. А пока она видела: Гай побеждает в этой схватке.

Оксана Жуковская испуганно, потрясенно затихла. Забилась в угол, зажимая руками рот. Она все забыла – свой звонок, Жуковского, боль в затылке; она забыла все и только завороженно смотрела, как Гай убивает, как он умеет побеждать, убивая.

Удар, удар, еще удар…

Тысяча ударов…

– Остановитесь, хватит! – Катя не узнала своего голоса.

Гай обернулся на ее крик. Тот, другой, остался лежать на бетонном полу.

Оружие на подоконнике, приготовленное для стрельбы по движущейся мишени…

– Господи, – всхлипывала Оксана, – что же это… зачем… Гай…

Катя увидела на полу какой-то предмет. Это был отброшенный в схватке пистолет. Она наклонилась за ним, собираясь поднять.

И в этот миг Гай одним прыжком оказался рядом, тяжело наступил ей на руку, так что едва не хрустнули пальцы.

Смех… Его лицо кривилось, дергалось, словно эти красивые черты были всего лишь маской, и вот теперь эта маска сползала клоками…

Ударом ноги он отбросил Катю к стене, подальше от оружия. Он смеялся все громче, всхлипывая и завывая, и от этого безумного обезьяньего смеха становилось жутко.

Глава 40

Никто не поможет

– Обойдемся без пальбы, – фраза рвалась сквозь смех.

– Другим… способом. – Гай наклонился к лежащему на полу, схватил за волосы.

Его противник застонал, попытался перевернуться, уперся локтем в бетонный пол, приподнимаясь. Гай ударил его ногой в живот.

– Это что, все его? – обратился он к Жуковской, кивая на арсенал на подоконнике.

– Да… он…

– Что? Громче, не слышу тебя.

– Он хотел убить брата мужа.

Гай зашелся смехом, а потом снова ударил лежащего. Как ребенок, который пинает мяч.

– Неужели? Как интересно… А мы, значит, ему помешали.

– Он повернулся к Кате, задыхавшейся от боли – удар был очень сильным. – И теперь разве все мы не заслужили маленькой награды? Слышишь, ты, – он наклонился, – ты вне закона. С таким, как ты, можно сделать все что угодно. Все! Вполне безнаказанно. Например, узнать, какого цвета твоя кровь. – Он горстью сгреб сгустки, взмахнул рукой – картинный жест.

Лицо Кати обрызгали капли.

– Я давно искал такого, как ты. Я всегда хотел ЭТО сделать, знал, что когда-нибудь сделаю.