Бирюк читать онлайн

С самого момента похищения я не делала этого.

Но ключи мне оказались ни к чему. Дверь была не только не заперта, но и слегка приоткрыта. В квартире стоял стойкий неприятный запах и громко играла музыка. Морщась, я прошлась по гостиной, выключила музыкальный центр. И только тогда заметила Гошку, лежащего за диваном на полу. Боже! В испуге кинулась к нему, но тут споткнулась о коньячную бутылку. Чуть поодаль, рядом с самим бывшим мужем, валялась еще одна. Гошка всхрапнул, что-то забормотал и засопел вполне себе равномерно.

Заросший, лохматый, в грязной измятой рубашке. Господи, я подумала, что ему плохо, а ему, наоборот, похоже, чересчур хорошо. Я же его и сильно выпившим никогда не видела, не то что в подобном состоянии. Что это с ним? Чувство вины заливает или отчаянно празднует свою победу? Мог он быть в сговоре с Дежневым? Вместе с ним устроить мое похищение без возврата.

Опустившись на колени, я всмотрелась в лицо еще совсем недавно такого дорогого человека. Он мог меня предать? Взгляд скользил по таким знакомым, но сейчас казавшимся… невнятными, что ли, чертам.

Внезапно он стал мне казаться… никаким. Не уточненным и аристократичным, каким виделся прежде, а именно никаким. Я смотрела и не могла понять причин своего совсем недавнего болезненного желания добиться от него близости. Сейчас это вызывало отвращение. Прежде всего к себе. Жалкая Сашка. На самом деле я, пожалуй, и знать не хочу, предал ли он меня.

Отвернулась почти с брезгливостью и пошла в спальню. Нашла внизу шкафа большую спортивную сумку и принялась швырять в нее вещи.

Но чем больше она наполнялась, тем больше внутри кипело. Не хочу знать, предал ли? Вранье! Почему? Потому что боюсь в собственных глазах выглядеть еще более жалкой дурой? Или боюсь чувства стыда за то, что сама предала Гошку, если вдруг окажется, что он ни в чем не виноват передо мной?

Предельное напряжение прорвалось криком, и я схватила и затрясла сумку, расшвыривая вещи повсюду. Бегом вернулась в гостиную, бухнулась на колени и стала пихать мужа в бок, пока не перевернула на спину.

И хлестнула по щеке. И еще раз. И еще, пока он не открыл мутные, пьяные глаза. Несколько секунд он смотрел, явно ничего не понимая, потом часто заморгал. Его красивое лицо перекосило сначала животным ужасом на грани шока, а потом настолько мощным облегчением пополам с виной, что мне и слов не понадобилось, чтобы все понять.

— Алька! Алечка моя! — потянулся он ко мне, начав всхлипывать.