Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Кстати, об обмороках: чай пить будете?

— Конечно! Но сначала вернусь к порогу и на несколько секунд выгляну наружу…

— Боишься, что угонят море? — хихикнула его дочурка.

— Почти… — улыбнулся он, выпустил ее из объятий, спустился на первый этаж, вышел за дверь и вернулся с тремя букетами цветов, огромным тортом в коробке с о-о-очень знакомым логотипом и полиэтиленовым пакетом. Букеты вручил девчонкам, сделав каждой по комплименту, а торт с пакетом — мне. Потом уговорил нас попить чай по-домашнему, то есть, не в гостиной, а на кухне, прошел следом за «дамами» в нашу, опустился в кресло, на которое ему показала хозяйка, подождал, пока в свои кресла усядемся и мы, огляделся и поймал взгляд моей супруги:

— Ольга Ивановна, у вас фантастически уютный и теплый дом.

Причем теплый — на уровне ощущений.

— В нем никто никогда не ругается… — гордо мурлыкнула… Светлана. — Зато улыбаются или смеются с раннего утра и до позднего вечера!

— Я тоже улыбаюсь. Последние два дня… — парировал он, посерьезнел и посмотрел на меня: — Вчера общался с девочкой, которую помог вытащить из-под венца, и получил море удовольствия — мало того, что она оказалась на редкость цельной, умной и добросовестной натурой, так еще и нашла общий язык с моим сыном, его супругой и их первенцем.

А понравиться последнему, между нами говоря — проблема из проблем!

— Ты хочешь сказать, что Кирюша попросился к ней на руки? — спросила Света, выслушала односложный ответ, изумленно выгнула бровь и объяснила нам суть «великого достижения»: — Внутрисемейное прозвище этого ребенка — Социопат: он уже забраковал десятка три кандидаток в воспитательницы и как бы не сотню нянечек!

Ее батюшка подтверждающе кивнул, а затем продолжил повествование:

— Будете смеяться, но мне понравилась не только Татьяна Викторовна, но и София Феликсовна, примчавшаяся к нашему поместью ни свет ни заря и разревевшаяся от счастья при виде незамужней подружки.

Вот я и взял на себя смелость предложить контракт на службу нашему роду еще и ей.

Что скажете, Игнат Данилович?

— Раз не работа, а служба, значит, с перспективами? — на всякий случай уточнил я.

— Да, конечно: если проявят себя во время этого контракта, то получат статус Слуг Рода.

— Тогда двумя руками за. Хотя, откровенно говоря, у меня нет никакого морального права им что-либо разрешать, запрещать и даже лезть с советами.

— Тем не менее, Татьяне Викторовне вы помогли.