Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Из ванной послышался шум воды, а из комнаты — дружное строенное чавканье. Я сунулась туда и обнаружила, что мороженое украсило пол красивым сливочным пятном, а коты продолжили празднование без меня.

Я метнулась за тряпкой. Потом представила, что не успею, Рэй выйдет, а я тут на полу, кверху задницей и с тряпкой. Потом озадачилась что хуже — я с тряпкой или лужа мороженого. Потом плюнула — бес с ним, с мороженым! — он выйдет из ванной, весь такой сверкающий-благоухающий, а я душ, конечно, принимала сегодня, но на голове бардак, и шорты эти по-хорошему не то чтобы соблазнительно смотрятся… Рванула в спальню, вспомнила, что расческа в ванной, рванула в ванную, вспомнила, что там Рэй…

Словом, ард, выйдя из душа в одном полотенце, застал меня посреди гостиной в одном носке, трусах и вывернутой второпях наизнанку шелковой финтифлюшке, низ от которой я безуспешно пыталась отыскать в шкафу, но потом решила, что мороженое все же лучше убрать…

Я растерянно застыла, почему-то поджав босую ногу, и почувствовала, что краснею.

Такой он был красивый, стоя передо мной, высокий, сильный, столько в сером взгляде было неприкрытого любования приправленного теплой насмешкой… что сразу стало ясно, что до моей прически и финтифлюшек прямо сейчас арду не было ни малейшего дела.

Он сделал шаг вперед — и я задержала дыхание. Еще шаг — и тяжелые ладони легли мне на талию. Судорожный вдох — и горячие губы с запахом мяты накрыли мои.

Рэй подхватил меня на руки, унес в спальню, и под жаркими, то лихорадочными, то упоительно долгими поцелуями я даже не заметила, как осталась без одежды.

Но когда Рэй попробовал уложить меня на спину, вдруг мотнула головой и потребовала:

— Нет, ты ложись.

Ард подчинился, раскинулся на кровати передо мной, полностью в моем распоряжении.

Я улыбнулась ему, провела ладошкам по груди, по животу, обхватила ладонью горячий, твердый, уже поблескивающий смазкой член и, решившись, наклонилась и легонько коснулась его губами.

Рэй шумно выдохнул и смял в кулаках покрывало.

Я была рада, что он не тронул меня, не попытался проконтролировать — пусть даже и чтобы показать, как надо. Наверное, если бы он вмешался, я бы растеряла настрой и бросила затею, а так только метнула в него лукавый и смущенный взгляд из-под ресниц и закрыла глаза. Лизнула солоноватую головку (и вовсе не противно!) и снова обхватила губами, теперь уже глубже, со вкусом, лаская языком гладкую теплую плоть.

Рэй дышал рвано, подавался мне навстречу бедрами.