Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Возьмите.

Сигизмунд с Никифоровичем вышли из квартиры. Дедок остался во дворе курить, а Сигизмунд отправился в гараж. Взял ломик, выгрузил из машины заграждения.

— Боец Морж для дальнейшего несения воинской службы прибыл! — отрапортовал Сигизмунд.

Никифорович усмехнулся. А затем проговорил серьезно:

— Пойдемте, Стрыйковский. Сегодня самый важный день в вашей жизни.

* * *

Обремененный заграждениями Сигизмунд покорно тащился за Никифоровичем по каналу Грибоедова. Миновали несколько подворотен. Свернули в одну из них.

Оглядев двор, Никифорович вполне искренне выругался.

Снегоуборочные машины навалили в углу двора большую неопрятную кучу снега. По закону подлости, именно под ней и находился заветный люк.

Никифорович торжественно вручил Сигизмунду ломик.

— Давайте, Стрыйковский. Это где–то здесь.

Ощущая себя декабристом в Сибири, Сигизмунд продолбился к крышке люка. Та ответила гулко и глухо. «Так вот ты какой, самый важный день в моей жизни!»

— думал Сигизмунд, счищая наледь.

Никифорович установил ограждения, кивнул на люк.

— Поднимайте.

В арку вошла тетка с сумками. Сигизмунд поддел крышку ломиком. С пятой попытки крышка поддалась. Никифорович, искоса глянув на тетку, деловито заматерился. Тетка миновала «работяг», поджав губы, и скрылась в подъезде.

— Спускайтесь первый, — велел Никифорович. И видя, что Сигизмунд нерешительно топчется на месте, прикрикнул: — Да не бойтесь вы!

— Да кто, бля, боится–то? — сказал Сигизмунд и бойко прибавил матерную фразу.

Спустился. Корсук — следом.

В свои годы Федор Никифорович лазил на удивление ловко.

Они оказались в помещении примерно два на два метра со стенами, выложенными кирпичом. Кирпич заиндевел. Сигизмунд задрал голову. В круглом проеме на фоне вечереющего неба мотались под ветром голые ветки деревьев.

Никифорович вытащил из кармана фонарик и посветил в самый темный угол, куда не доставал свет из люка.

— Встаньте туда.

— Куда?

Никифорович повел лучом фонарика.

— Вон туда. На ту плиту.

Старик прижался к стене, чтобы Сигизмунд мог протиснуться мимо него.

Луч поднялся по кирпичной кладке.

— Видите третий кирпич от потолка? Со щербиной?

— Вижу.

— Упритесь в него рукой. Сильнее! Толкайте! Ногой на плиту, рукой в кирпич!

— Поддается, — сказал Сигизмунд.

— Теперь быстро отойдите.