Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Из больницы он не сбежит?

— Он отсюда уезжать не хотел. Плакал, что второй раз хозяина не уберёг.

— Второй раз?

— Вот именно. Сгоряча проговорился.

— Потом начнёт отпираться.

— Пускай. Найдётся способ его разговорить. На всякий случай я отправил с ним двоих наших. После больницы привезут в отделение,

— Добро… Смотрю, ты уже начальником становишься? Распоряжения отдаёшь…

— Тебя же ведь не было."

"Катышев заявился неизвестно откуда. В машине, которую он поставил чуть в стороне от остального милицейского транспорта, его дожидалась молодая блондинка.

Сидела на переднем пассажирском месте, курила третью уже сигарету и куталась в шубу. Скорее всего не от холода, просто хотела продемонстрировать, что ей очень скучно, но она стоически, не жалуясь, переносит как скуку, так и необходимость быть свидетелем неприятного зрелища. Когда она опускала стекло, чтобы бросить окурок, становилась слышна магнитола. Звучала отечественная попса. Последний раз — «Зима, холода, все как будто изо льда…»

— Готовый понятой для протокола осмотра, — прокомментировал Катышев, перехватив акуловский взгляд.

— Да? Ей восемнадцать-то есть, Василич?

— Обижаешь.

— Не стал бы я с ней связываться.

— Почему? — Катышев чуть напрягся.

— А вдруг ты её не удовлетворишь? Она потом от подписи в протоколе откажется, заявит, что мы все подделали. Или скажет, что ты обманом расписаться заставил. Обещал жениться, а потом бросил. Огребем неприятностей, шеф!

— Дурак ты, Акулов!

На Катышеве был камуфляж армейского образца, но с милицейскими знаками различия.

Он любил форму, видимо, в память о молодости, отданной службе в ВВ[4] МВД, и щеголял в ней при каждом удобном случае, становясь похожим на лихого командира роты спецназа. На совещаниях или во время дежурств по району это было уместно, но сейчас-то она ему для чего? Девчонку молодую соблазнять?

Очередной окурок вылетел в окно. «Иногда я жду тебя…»

— Обстреляли из автоматов. Вот оттуда, — Акулов указал направление. — Гильз — море. Всяко больше одного рожка выпустили.

— А где этот Кулебякин стоял?

— Вот здесь.

— Хм… Метров тридцать, не больше. Говоришь, одно ранение в руку? Да с такого расстояния из него дуршлаг должны были сделать! Чо за туфту он нам гонит?

— Разберёмся, Василич. Может, в него никто и не целился. Кто он такой? Им Громов был нужен.

— Это полное свинство с его стороны — дважды становится потерпевшим в нашем районе. Черт! И ведь знал, падла, кто такой зуб на него заточил.