Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

На место Мишки Степанюка. Тот в другой бизнес подался, свой ресторан открывает.

— У него вроде бы уже есть один? — заинтересованно спрашивал Николай. — Или это не ресторан?

— Кафе было, — отвечал Евгений. — На жену оформлено. Ну, теперь у него новая жена, новая работа, ресторан новый будет. Секретаршу он тоже новую нашел."

"Они переглянулись, усмехнулись одинаково: очень мужскими, снисходительными и понимающими усмешками. Усмехнулись! Оба.

А за этой закрытой дверью лежит Анна, она не может дышать сама, и никто не может узнать, что там происходит с ее девочкой, никому нет дела до ее ребенка, никто не может помочь ее ребенку, им просто не интересно, что с ее ребенком, им интересно, у кого новая машина, новая работа, новая жена и новая секретарша. Что им ее ребенок? У них важные мужские разговоры, которые нельзя отложить на потом, которые обязательны именно здесь и сейчас, когда за закрытой дверью ее ребенок дышит только с помощью аппарата.

Ублюдки.

— Пошли отсюда вон. К чертовой матери.

Это она сказала? Наверное, она — Евгений поднял голову и удивленно смотрит на нее, Николай поднялся, шагнул к ней, но наткнулся на ее взгляд и остановился.

— Оба, — глядя в лицо мужа ненавидящим взглядом, хрипло сказала она. — Оба отсюда вон. Подонки. Мерзавцы.

— Ты что, Том? — Голос у Николая был испуганным. — Что с тобой? Я не понимаю.

Евгений стоял рядом с Николаем, смотрел удивленно. Тоже не понимал.

— Дебилы. — Тамаре хотелось заорать во весь голос, но сил не было, и получалось тихо и хрипло. — Уроды безмозглые. Чтоб вы все сдохли. Своими руками бы придушила скотов вонючих.

Она поднесла руки к лицу и внимательно изучила растопыренные пальцы. Нет, у нее не хватит сил, чтобы придушить их своими руками.

Нужно достать пистолет. Она даже почувствовала холодную тяжесть пистолета в ладони, медленно сжала пальцы, ощутила под указательным тугое сопротивление курка…

Потом оказалось, что ни Евгения, ни Николая уже нет, а она опять стоит возле закрытой двери, дрожит мелкой дрожью и все нажимает, нажимает на воображаемый курок воображаемого пистолета.