Выстрел в спину читать онлайн

Он не рассказал, как Семен Семенович, узнав, что Павел Ветров собирается разоблачить Олега и тем самым препроводить в нарсуд весь подпольный синдикат, взглянул на подопечного удивленно и тихо спросил:

— А ты знаешь, что за хищение госимущества в особо крупных размерах предусмотрена и вышка? — Семен Семенович помолчал, шевеля бескровными губами. — Меня не тронут, мне скоро и так конец. — Он уже знал, что у него рак. — А у тебя, Олег, семья, жизнь впереди.

Олег Перов не рассказал, как вечером первого сентября, выпив и положив бутылку коньяка в карман, прогуливался у переулка, в котором жил Павел Ветров.

У Олега был ключ от двери и перед самым возвращением Павла он вошел в квартиру и расположился на кухне.

Он не рассказал, как, стаскивая с рук кожаные перчатки, пьяно смотрел на мертвого Павла и облегченно улыбался. Покойник не пойдет на Петровку, не заявит. Семен Семенович прав — вся жизнь у Олега Перова впереди.

* * *Гуров сидел в своей квартире на кухне и читал принесенную Ритой книгу Павла Ветрова «Скоростной спуск».

Лампа освещала только стол — шкафы, раскладушка, окно, без штор казавшееся нагим и мертвым, тонули во мраке. Освещенная книга и стол казались Леве маленьким островком жизни в большой мертвой квартире, а сам он, Лева Гуров, был пигмеем в огромном, шумном даже в позднее время городе. Квартира находилась на четырнадцатом этаже, и когда Лева подходил к окну, город своими огнями простирался, как океан, до горизонта."

"Лева уже давно перестал читать, книга нравилась и не нравилась ему.

Ветров писал просто, четко, сразу включал тебя в компанию своих героев, подкупал доскональным знанием обстановки и происходящих событий. Но был он раздражающе прямолинеен, неприятно напорист, упрямо навязывая читателю свою, авторскую, точку зрения. «Неуютный он был человек, — размышлял Лева, перечитывая отдельные абзацы, — пер вперед, как трактор, ничего не объезжая и не притормаживая. Такой мог довести до белого каления. И довел». Лева отодвинул книгу, поднялся, поставил на плиту чайник, зажег в прихожей свет, «камера одиночного заключения» расширилась. Он заглянул в гостиную, темные силуэты ящиков походили на покинутые людьми дома, а большая комната — на вымерший город.

Лева закрыл дверь, вернулся на кухню, взялся за телефон. Позвоню отцу, пусть приезжают, хватит дурака валять. Впрочем, отца с матерью звонок и на минуту не поторопит. Клава всполошится, сама начнет звонить каждый день, и денег на эти разговоры не напасешься.