Вперед в прошлое 4 читать онлайн

— Тетенька, купите кукурузки! — Светка, одетая в голубое, под цвет глаз, кукольное платье, просяще заглянула в лицо даме с газетой — не прошла даром школа попрошайничества. — Вкусная, свежая! Помогите на босоножки!

— И сколько? — окликнул Свету толстый коротко стриженый мужик, стоящий ко мне полубоком, но даже отсюда было видно, что в черно-седых завитках волос на груди терялась толстая цепь.

Я прислонил мопед к стене и принялся раздеваться, наблюдая за подопечными.

— Двести штучка! — Девочка осмотрела бугая с ног до головы; наметанный взгляд определил богатенького Буратино, который может купить и не один початок, и она сказала: — Три за пятьсот!

Мужик тоже оглядел ее, вытащил тысячу из барсетки, приваленной одеждой.

— Давай три. Сдачу оставь себе. Молодец девочка, какая бойкая!

Светка сделала неловкий реверанс, крутнулась, подзывая Ваню.

— Спасибо, дяденька! Да поможет вам Бог!

— Во дает! — оценила Гаечка талант Светки.

— Иначе не выжить, — сказал я.

Светка достала из сумки три початка, кулек с солью, отдала это все толстяку, который сразу же спикировал к даме с газетой и принялся ее клеить, и пошлепала вдоль линии прибоя.

Причем моя подопечная не просто шла и кричала, а подходила к каждой подстилке, нахваливая кукурузу, и через десять минут вернулась, все распродав, сияя глазищами.

— Смотрите, сколько много! У меня никогда столько не было! Столько дядька предлагал плохой, давно еще, но я к нему не поехала!

— Две пятьсот, — озвучил я пересчитанное и спрятал деньги в карман рюкзака.

Поймав взгляд Гаечки, которая до сих пор не верила своим глазам, я сказал:

— Вот так, Саша.

Подруга разделась, уселась на подстилку, подтянув ноги к животу, надела панамку и углубилась в размышления, перебирая камешки и раскладывая по двум кучкам.

Наверное, вспоминала свою стоптанную обувь, куртку с короткими рукавами, школьные брюки, которые тоже коротки, потому что летом девочка здорово вытянулась. Воображала эти весомые аргументы камешками и бросала их на чашу весов, а они все не могли перевесить лежащий на второй чаше единственный валун: ее стеснительность и гордость.

При всем желании у нее не получится так, как у Светы.