Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Завтра покажу, — пообещал я. — Сегодня они еще в масле лежат.

Машенька довольно кивнула и вернулась к своему рукоделию.

Вечер тихо угасал за окном, в печи потрескивали дрова, Бусинка мурлыкала у ног. Все было спокойно и хорошо в нашем маленьком мире.

Утром следующего дня я решил съездить вместе с Ричардом проведать Петьку — посмотреть, как идет его выздоровление после той операции. Машенька проводила меня до крыльца, укутавшись в теплый платок.

— Егорушка, — сказала она, обнимая меня на прощание, — не задерживайтесь долго.

И осторожнее на дороге.

— Не беспокойся, солнышко, — ответил я, целуя ее в лоб. — Быстро съездим и вернемся. Тут же рядом.

Ричард уже сидел в седле, проверяя содержимое своей медицинской сумки.

Дорога до соседней деревни пролетела быстро. Снег под копытами лошадей хрустел и скрипел — морозец все-таки стоял приличный. Ричард ехал молча, время от времени поправляя сбившийся набок медицинский мешок.

На крыльце нас встретила жена Петьки в цветастом платке.

— Барин приехал! — всплеснула она руками, кланяясь в пояс.

— Спаситель наш! Проходите, проходите, Петя вас ждет.

Внутри избы было тепло и чисто. Петька лежал на широкой лавке у печи, укрытый толстым одеялом. Увидев нас, он попытался приподняться, но я жестом остановил его.

— Лежи, лежи, — сказал я, подходя ближе. — Как дела? Как самочувствие?

— Много лучше, Егор Андреевич, — ответил парень, и действительно, цвет лица у него был здоровый, глаза ясные. — Уже и встать хочется, да матушка не пускает.

— И правильно делает, — вмешался Ричард, доставая из сумки какие-то инструменты.

— Позволь я осмотрю тебя.

Он аккуратно отвернул одеяло и начал проверять швы на груди Петьки. Я наблюдал за его действиями, готовый в любой момент помочь."

"— Превосходно, — сказал Ричард через несколько минут. — Швы заживают очень хорошо, воспаления нет. Еще неделя покоя — и можно будет вставать.

— А работать когда можно будет? — нетерпеливо спросил Петька.

— Через месяц, не раньше, — строго ответил Ричард. — И то сначала только легкую работу.

Тяжести поднимать нельзя будет еще долго.

Петька расстроенно вздохнул, но спорить не стал. Жена его, стоявшая рядом, благодарно смотрела на нас.

— Спасибо вам, добрые люди, — говорила она, утирая слезы концом платка. — Если бы не вы, не видать бы мне Петеньку живым.

Мы еще немного поговорили с Петькой, Ричард оставил ему какие-то лекарства и дал наставления супруге по уходу. Парень явно шел на поправку — это было видно невооруженным глазом.