А он…
— И что он? — Спросил Виктор, оглядывая стенд в поисках диска антиграва.
— А он вон. — Парень ткнул пальцем в потолок, и над головой на высоте шести метров, обнаружился искомый шестой образец, размазанный по бетонной балке, словно жук по лобовому стеклу.
Глава 19
Никакое ПВО не сравнится с танками на вражеском аэродроме и никакие бомбы не перевесит пуля, влетающая в голову военачальника.
Граф Фёдор Салтыков"
"В обстановке повышенной безопасности прошла инаугурация тридцать восьмого президента США Джеральда Форда.
В Вашингтоне и его окрестностях заняла позиции национальная гвардия, и силы специального назначения армии США. И это кроме агентов ФБР, ЦРУ, и собственно секретной службы Президента, которая непосредственно занимается охраной. В небе над городом непрерывно барражируют истребители, а чуть ниже, патрульные вертолёты.
Интересно, что впервые за многие годы, в партийной гонке результативно участвовала коммунистическая партия США, и ряд других партий, и совершенно выбыла демократическая партия.
Демократы всё никак не могут восстановиться после скандала, вызванного обнародованием документов об их сотрудничестве с мировыми финансовыми кругами, и антиамериканской деятельности. Те материалы, выпущенные в свет отдельным шеститомником уже перевернули всё наше представление о закулисной политике, и стали причиной массовых самоубийств во всём мире, и выхода в отставку ещё большего числа политиков и государственных служащих.
Григорий Бовин. Международная панорама 20 января 1977 года.
С окончанием института, Виктору вроде должно было стать полегче, но дел только прибавилось. К счастью он смог выстроить систему, которая не давала таскать его на всякие заседания, кроме самых важных, к которым были отнесены мероприятия Минобороны, Совмина, и внутренние семинары у Глушкова. Всё остальное делегировалось помощникам и представителям, которых Виктор набирал исключительно из аппаратных «зубров», способных к высшей канцелярской эквилибристике. На заслуженном отдыхе в Москве пребывало достаточное количество опытных работников и не всем из них нравился пенсионный уют, и очень многие предпочли бы смерть за рабочим столом, а не на берегу реки с удочкой.
Тем более, что смерть на работе и смерть на пенсии, это две большие разницы, как говорили в Одессе. И по деньгам, и по оставленному семье влиянию, и даже по пышности похорон. Да и не привыкли эти люди к сытому забвению и покою. Поэтому и шли в аппарат Николаева с удовольствием, и работали на совесть.
