Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

На нём вроде нет голубых узоров, а глаза должны быть уязвимы!

Ты справишься, Лёха, не дрейфь!

Едва хитиновая туша перевалилась через бортик, я снова начал быстро дёргать спусковой крючок. Уродливое насекомое щёлкало жвалами и пёрло на меня. Я мог в деталях рассмотреть фасеточные глаза, увидеть толстые ворсинки на корпусе и угрожающие зазубрины на передних лапах.

Голова муравья находилась где-то на уровне моей груди. Ему далеко до размеров медведя — казалось у него полно уязвимостей. Но дробовик его не брал.

Муравей дёргался и замедлялся, верещал и брызгал слюной. Картечь его раздражала — наверняка приносила боль как тупые удары. Но не более того. Я абсолютно уверен, что один раз всем залпом картечи попал точно в правый глаз! Из него брызнула зелёная жижа, поверхность потрескалась. Но монстр лишь сильнее разозлился. Мне оставалось пятиться и стрелять.

Я попытался повредить ему ноги, но даже они оказались бронированными!

Как людям сражаться с ЭТИМ⁈ Их в упор не берёт картечь, которая голову человека просто разорвёт как арбуз!

Мои выстрелы казалось только привели монстра в ярость и лишь тормозили — сбивали шаги, слегка повредили органам чувств.

Всего лишь царапины.

После очередного выстрела мимо моего уха просвистела картечь. Я даже кожей ощутил дуновение воздуха.

Рикошет мог убить меня самого!

Опустевший затвор щёлкнул, когда муравей был совсем близко. Периферийным зрением я видел, что стою уже на краю крыши с противоположной стороны здания!

А в следующий миг визжащий муравей бросился прямо на меня, раскрывая мощные жвалы.

Глава 3

Смотря, как на меня несется огромный муравей, я вновь ощутил прилив адреналина. Точно как вчера — или я, или он.

Тело двигалось само на одних инстинктах. Прыгнул влево, вдоль бортика крыши, прикрываясь карабином. Жвалы схватили воздух. Муравей не медлил и тут же развернулся, махнув передней лапой.

Руки с силой рвануло, Сайга улетела в сторону и с грохотом врезалась во входную трубу вентиляции.

Уверенность начала рушиться, когда я вновь вспомнил, что это долбанное насекомое пули не берут! Но бежать уже поздно — надо только достать до раненого глаза!

Муравей-воин не давал мне передышки, тут же ударив другой лапой вертикально, пытаясь пронзить мою ногу.

Я не успевал уклониться — просто никак!

Острая лапа прошла мимо, глубоко вонзившись в чёрный рубероид — промахнулся! Повреждённые глаза, может и оглушение всё же сыграли свою роль. А значит есть шанс добраться до него.