Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Теперь понятно, как он ее нашел, – задумчиво сказал Воронов, когда узнал про добытые факты. – Он увидел ее фотографию в журнале, а так как любил всю жизнь, то решил перебраться поближе к своей пассии. Одно непонятно, почему он не боялся, что она его узнает.

– Это было невозможно, – Иван Бунин пожал плечами. – Она была девчонкой совсем, а тут больше двадцати лет прошло. Ну похож он на парня из поселка ее детства, ну и что?

– Да, пожалуй, ничего, – согласился Воронов. – Почему он приехал в наш город и устроился к Бжезинской работать, мы теперь знаем, вот только это ни на йоту не приближает нас к ответу на вопрос, где его теперь искать.

– Думай, Митя, думай.

– Да я думаю, – уныло отметил Воронов."

"Он выспросил у Элеоноры Бжезинской, не выходили ли какие-нибудь ее интервью во всероссийских журналах в последние несколько месяцев. Оказалось, что да, выходили. Большая статья о фирме, возглавляемой женщиной – генеральным директором, в середине августа вышла в журнале «Дома и интерьеры».

Так и осталось загадкой, где именно Антон Попов взял этот журнал, но его мать подтвердила, что журнал такой у Антона действительно был, и, внезапно сорвавшись в поездку в далекий город, он взял его с собой. Другими словами, Попов, как и Лукьянов, нашел свою юношескую любовь через статью в журнале и отправился в далекий путь, чтобы ее увидеть.

Скорее всего, он пришел в «ЭльНор», чтобы повидать Элеонору, но вместо своей зазнобы встретил там своего заклятого врага, которого все считали убитым.

Встретил и, естественно, тут же узнал. Лукьянову просто не оставалось ничего другого, кроме как убить Попова. Иначе обязательно бы вскрылось, что он много лет выдавал себя за другого человека.

– Не сходится, – покачал головой Воронов. – На камерах «ЭльНора» Попова не было. Я это сам проверил.

– Скорее всего, они на улице случайно столкнулись, всяко могло быть, – ответил Бунин.

– Думаю, что на этот вопрос нам Лукьянов ответит, когда мы его найдем.

Параллельно с поисками Меркурьева-Лукьянова сыщики раскручивали линию отравления Элеоноры Бжезинской. Припертая к стене показаниями секретарши Милы, Элеонора Бутакова дала признательные показания. Да, это она из личной неприязни затеяла травить свою бывшую подругу медицинским препаратом, понижающим уровень сахара в крови.