Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

На ржавых щитах с наглядной агитацией сидели вороны. Обстановка была до того зловещей, что видавшие виды офицеры в гиперболических зеленых фуражках невольно понижали голоса и бросали опасливые взгляды по сторонам.

Даже самому Воротникову, при виде которого тряслись и теряли дар речи грозные террористы, было не по себе. В бактериологическом оружии он разбирался еще хуже, чем в технике; знал только, что оно представляет собой всевозможные вирусы, токсины и грибки. Смертоносные. Настолько ядовитые, что достаточно было микроскопической дозы, чтобы посеять эпидемию и в считаные дни сделать безлюдным любой мегаполис.

Показывая дорогу, генерал Птицын спускался по лестнице первым, то и дело оборачиваясь, чтобы посмотреть на высокого гостя.

— СССР, а затем Россия разрабатывала бактериологическое оружие до девяносто второго года, — говорил он. — Но потом Борис Николаевич приказал свернуть все программы.

— Какой Борис Николаевич? — хмуро спросил Воротников.

— Ельцин, — ответил Птицын, не позволив себе выразить удивление по тому поводу, что кто-то мог не помнить этого.

— Конечно, эту и другие лаборатории закрыли не сразу. Еще и сейчас кое-где… гм. Короче говоря, запасов бруцеллезы и туляремии у нас на века хватит.

— А также всевозможных разновидностей язвы, чумы, тифа и лихорадки, — вставил военный прокурор округа Раздолин.

Закончив долгий спуск, Воротников обернулся и смерил прокурора выразительным взглядом, отбивавшим всякую охоту хвастаться своей эрудицией. Потом посмотрел в глаза Птицыну.

— Что производили конкретно на данном объекте?

Командующий округом растерянно оглянулся на свиту.

— Ботулинический токсин КС усиленного действия, — подсказал коренастый полковник медицинской службы.

Они стояли в длинном низком коридоре с десятками труб и кабелей, протянувшихся вдоль стен. В неоновом свете лица военных выглядели мертвенно-голубыми. Суеверный человек мог бы принять их за мертвецов, собравшихся в склепе, чтобы обсудить свои тайны."

"— Вдохнув воздух, содержащий КС, — говорил полковник, — вы не узнаете об этом.

Лишь двенадцать часов спустя появятся первые симптомы отравления: нарушение зрения, рвота, затруднение дыхания. Через сутки наступает конец. Полный паралич мышц и дыхательной системы.

— А противоядие? — спросил Воротников.

— Против обычного ботулинического токсина существует вакцина, правда, действует она лишь в тех случаях, когда не произошли необратимые изменения мозга. А вот КС…

Полковник покачал головой.