Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Я не прощу ему ее смерть! Это его вина.

– Мне жаль, что так вышло, Лина.

– Правда? Но Владыка не сказал ни разу мне этого, не извинился за то, что она голодала и терпела лишения у него под носом. Как будто так и надо. Вместо этого он решил сделать щедрый жест и закатить в честь Элиссабет бал. Платьев надарил, украшений. Только я не глупышка и не оценила. Так что презираю его, ненавижу и видеть рядом с собой не могу!

– Прости.

– Цены бы не было, скажи ты это раньше, как только узнал про все, но грош цена, когда говоришь истинной после того как прижало.

– Что же мне еще сделать?

Я развела руками и закричала:

– Не знаю!!!

* * *Конечно, больше и речи не могло быть, чтобы продолжать совместную поездку в карете. Романтическое путешествие закончилось. Я предложила Когану обернуться драконом, чтобы дальше мы полетели по воздуху. Охотничий домик я отмела сразу, мне теперь не до уединений в лесу, а вот на море подлечить нервы показалось в самый раз.

Раз уж скрываться больше не было смысла, мы дождались личную охрану Владыки, и он объявил о смене маршрута и ранее данных установок.

После этого обернулся. Дракон хоть и выглядел устрашающей махиной, но плохого мне ничего не сделал, по его выставленному крылу я взобралась без вопросов и безбоязненно. Охрана с нашими вещами полетела с нами, но держась на приличном расстоянии.

Сбылось мое желание полетать с Коганом, но, как чаще всего в жизни бывает, не сразу и через жопу. Скромный домик у моря, о котором рассказывал супруг, оказался по размерам не меньше Воронцовского дворца в Крыму.

С таким же ухоженным парком и лестницами, спускающимися к морю.

Я так устала морально и вымоталась физически, что по прибытии поела, вылакала почти в одно рыло бутылку вина (дракон свой бокал едва пригубил) и завалилась спать с настоятельной просьбой меня не беспокоить.

Эпилог"

"Утро началось… Да хорошо оно началось. Я открыла глаза и увидела сидящего поверх покрывала рядом со мной Когана. Он часто вот так наблюдал за мной, ожидая, когда проснусь. Смотрел как на самое дорогое в его жизни и словно не мог насмотреться.

Я улыбнулась спросонья, а потом вспомнила все и улыбаться перестала. Но недаром говорят, что утро вечера мудренее. Глядя на вот такого Когана, не могла на него злиться. Мне до сих пор было тяжело совместить его с Владыкой, слишком противоположные чувства они у меня вызывали. Свихнуться можно, когда понимаешь, что передо мной муж, от которого сбежала и за которого сама же вышла замуж! Но ведь он сам всё так запутал.