Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Погода стояла безветренная, жаркая. Над поспевающей рожью по вечерам полыхали зарницы. Не стреляли ни с той, ни с другой стороны. Только небо оглашалось гулом. Это самолеты вели разведку.

Фенрихи изнывали от духоты и ожидания. Чтобы они не закисли совсем, Хохмайстер приказал старшему из них — оберфельдфебелю Оттомару Мантею вести занятия по саперному и взрывному делу. Свободные от караульной службы фенрихи разрабатывали систему минирования, но так, чтобы оставался довольно широкий проход к высоте.

Мантей рьяно взялся за дело.

Отрочество Оттомар провел иначе, чем его сверстники. Перед поступлением в училище ему не понадобилась справка о двухлетнем пребывании в трудовых лагерях. Отличник и истабсфюрер[9] имел право на зачисление в высшее учебное заведение без вступительных экзаменов. Коренастый парень с небрежно брошенным на лоб клочком волос, высокомерный и наглый, в училище заставлял робеть даже историка Вебера, прозванного Библейским вором, и культурфюрера Шмуца, которого попросту звали Собакой.

Обладая прекрасной памятью, он сражал их длинными цитатами из книг предшественников нацизма и речей здравствующих вождей.

В одну из ночей оберфельдфебель вывел отделение на минирование. В темноте он, очевидно, слишком близко подошел к постам русских или заблудился, так или иначе, но в окопы он не вернулся. Исчезновение Мантея встревожило Хохмайстера. Если его захватили русские разведчики, фенрих расскажет о «фаустах», в чем Маркус почти не сомневался.

Нужно перебираться на другой участок и побыстрей.

Вдруг русские, точно по заказу, начали атаку на высотку перед ржаным полем. Впереди пехоты шли четыре тридцатьчетверки. Двигались они как раз по проходу, оставленному на заминированном поле. Танки приближались к кустарнику на высоте. Находившийся на наблюдательном пункте Хохмайстер не выдержал, схватил три «фауста» и побежал к окопам. Встававшее солнце высветлило зеленые бока танков. Маркус пробирался навстречу, прячась за кустарник.

Фенрихи хотели было двинуться за ним, но возбужденный окрик остановил их:

— Назад! Прикройте меня!

Передняя машина шла наискось ракурсом в три четверти. Из круглой пулеметной турели скупо выплескивался огонь. Стрелок в танке пока не видел цели, бил наугад экономными очередями.

Выверенными движениями Маркус откинул прицельную рамку, подал головку винта вперед до отказа. С щелчком выскочила спусковая кнопка.