Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Оборотни нашей стаи будут рады видеть вас на территории резервации, как своих гостей, при условии ненападения на живущих в ней людей и оборотней, но… я знаю, что мог бы и не говорить вам этого, после сегодняшней ночи каждый из нас убедился в ваших добрых намерениях. Так же мы обещаем прийти на помощь, если когда-нибудь вам это понадобится. Ведь друзья так и поступают, верно? — Мэтт улыбнулся широкой улыбкой, не сводя сверкающих глаз с единственных вампиров в деревне.

И все-таки Мэттью Бойд был слишком хорошим. Какой еще оборотень додумался бы подружить волков и вампиров? Да еще и так, чтобы обе стороны не имели ничего против.

Его взволнованное и в чем-то наивное выражение лица вызвало у Нила улыбку.

Эндрю молчал, и тогда Нил решил осторожно коснуться его руки, ожидая от Миньярда какого-нибудь знака. Эндрю перевел на Джостена внешне безразличный взгляд и кивнул, но Нил видел — Миньярд тоже был доволен происходящим.

— Мы будем рады заключить с вами союз.

Мэтт заулыбался еще счастливее и подойдя ближе, протянул обоим руку.

Нил и Эндрю по очереди пожали её, и Нил вдруг ясно для себя понял, что Миньярда Мэтт тоже не оставил равнодушным.

— Это благодаря тебе. Спасибо, Нил. — Слова Мэтта, сказанные тихим шепотом, произвели на Нила неизгладимое впечатление. Он всего один день был вампиром, а уже смог объединить две враждующие расы.

Покидая резервацию, Джостен пообещал не забывать звонить Эллисон, и обязательно приехать с семьей на дружественные посиделки у костра. «Аарон будет в восторге», — эта мысль невероятно позабавила Нила.

Сидя на переднем сидении Мазерати, Нил смотрел на мелькающий за окном черный лес и думал о случившемся.

— Что со мной было? Я ни о чем, кроме убийства, думать не мог. Все вокруг будто потемнело и только вспышки красного перед глазами. И еще ты. Твое лицо осталось прежним, и я помнил, что должен держаться ближе к тебе. Не допустить, чтобы тебе навредили.

Эндрю не отрывал взгляда от дороги, но его голос был настороженным:"

"— Я не знаю, Нил. Обычно мы ведем себя так на охоте.

Но только потому, что хотим утолить голод, а не из-за жажды убийства. И твои глаза… Они стали красными в этот момент. Ты был как настоящий новообращенный, только бросился убивать не людей, а вампиров.

Нил совсем поник, почему-то сразу понимая причину своего состояния:

— Это его гены. Во мне не могло не быть тяги к подобному. А может быть я просто слишком привык видеть всякое дерьмо в своей жизни. В любом случае, я не хотел становиться этим.