Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Не знаю, чем все кончилось.

Сделав вдох, она задержала дыхание.

– По крайне мере слухи ходили.

Йеппе поблагодарил Монику Кирксков и положил трубку, прежде чем разговор коснулся личных тем. Он смотрел на воду, а мысли блуждали сами по себе. Смотрел мимо отражения огней города на поверхности воды, в самую глубину. Во тьму, где в осколках лжи пряталась правда.

Все начиналось и заканчивалось на Петере Деманте.

Пятница, 13 октября

Глава 21

Для Эстер де Лауренти одно из главных удовольствий жизни на пенсии – возможность валяться в постели столько, сколько хочется, и вставать лишь тогда, когда собаки уже не могут терпеть.

Но 13 октября, в пятницу, она проснулась еще в половине седьмого и не смогла пролежать больше ни секунды. Мысль о том, что она допустила к дому и телу мошенника, была столь отвратительна, что ей стало дурно. В ванной она померила температуру – оказалось, та в норме, – и проглотила две таблетки от головной боли, запив водой из-под крана. Она долго принимала ванну и лишь после нее почувствовала, что в силах выгулять Доксу и Эпистему, но спуститься решила по черной лестнице.

Короткие собачьи лапки носились по берегу озера, и Эстер шла за ними, не обращая внимания ни на бегунов, ни на лебедей, ни на падающие с каштанов листья. Ей была почти невыносима мысль, что Ален будет жить в квартире этажом ниже. Возможно ли его выселить? Или ей самой переехать? И как поступить с Грегерсом?

Голова гудела, и она осознала, куда направляется, лишь когда оказалась на Нёрреброгаде – перед гриль-баром, где Грегерс порой покупал ужин навынос.

Она колебалась, но раз уж во время прогулки все равно идет мимо, можно и зайти. Мопсов она привязала у входа, молясь, чтобы мимо не шли какие-нибудь похитители собак. Только этого ей не хватало.

Рекламный щит с меню стоял внутри, свет не горел. Видимо, гриль-бар еще не открылся. Но когда Эстер толкнула дверь, та поддалась. Она вошла в пустое помещение. Стены были увешаны рекламой кислотных оттенков – пита по привлекательной цене, – а над большой стойкой висели выгоревшие на солнце постеры с надписями на арабском.

В воздухе витал тяжелый запах жареного – запах, грозивший въесться в одежду и волосы.

– Мы еще не открылись, ждите одиннадцати.

Мимо нее прошел черноволосый паренек с ящиком молока – сходив в подсобку, он вернулся уже без ящика.

– Закрыто. Я смогу вас обслужить после одиннадцати.

Он подошел к двери и красноречиво на нее посмотрел.

Эстер не сдвинулась с места.