Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Сквозь неторопливо падающий снег лишь мелькали размытые силуэты в белых одеждах да изредка поблескивали мечи.

Внезапно смертельный танец закончился. Оба воина застыли.

Прижав ладонь к животу, один из оппонентов мучительно медленно завалился набок. Второй же деловито вложил катану в ножны и, достав короткий клинок из висящего на поясе чехла, склонился над соперником.

В диком ужасе прижав ладонь ко рту, я подалась вперед в надежде разглядеть, кто именно получил смертельное ранение. Будто услышав, камера впервые за весь бой показала крупный план.

Стремительно бледнея, темноволосый мужчина лежал в растекающейся под ним алой луже, тонкая струйка крови катилась из уголка его рта. Широко распахнув глаза, я смотрела на восковое лицо Коршунова.

Над площадью пролетел удивленный гул. Похоже, происходило что-то необычное.

Тем временем, не отводя глаз от склонившегося над ним Игоря, князь Северный хрипло прошептал:

— Как свинью решил добить?

— Как настоящий воин ты умереть не достоин, — презрительно отозвался Разумовский.

Глаза Коршунова изумленно округлились. Казалось, он понял, почему умрет именно так. Его ошарашенный шепот отчетливо прозвучал из динамиков телевизора:

— Это из-за нее? Из-за…

Князь Северный не успел договорить. Резко взмахнув клинком, Игорь без малейшей жалости полоснул врага по горлу. Глаза того безжизненно закатились.

Вытерев кровь с клинка об одежду поверженного соперника, хозяин Южного княжества деловито вернул оружие в чехол на поясе.

Шагнув в сторону, обвел суровым взглядом поразительно тихих зрителей. Затем, посмотрев прямо в камеру, твердо произнес:

— Честь рода, честь женщины, даже ушедшей к предкам, неприкосновенны, — выдержав паузу, безапелляционно добавил: — Истинный воин никогда не причинит вреда, не оскорбит ни словом, ни делом того, кто слабее. Нарушивший непреложный закон заслуживает лишь позорной смерти. Так было, есть и будет!

Через пару мгновений над Императорской площадью загремели овации и взметнулся к небу оглушительный рев сотен голосов.

Слова князя нашли отклик в сердцах глав родов. Отбросив свойственную им сдержанность, воины единогласно приветствовали победителя.

«Все закончилось. Все закончилось», — набатом застучало в моей голове.

Не знаю, когда Катя выключила телевизор. Таращась в черный экран, я ощущала, как по щекам катятся слезы.

Игорь ведь сейчас так жестоко наказал Коршунова не за себя. За меня.