Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– И кто-то купил его вам?

– Никто никогда ничего мне не покупал.

Ее улыбка увяла.

– Я смотрел, как дюжины других детей получали лакомство, и ненавидел их за то, что они знали, каковы эти белые облака на вкус. – Он помолчал. – Я чуть не украл одно.

– Чуть?

Прежде чем он успел, его прогнали ярмарочные охранники.

– Долгие годы я твердил себе, что мое представление об этом лакомстве гораздо лучше, чем то, каково оно на вкус.

Она кивнула.

– Расскажите же мне о вашем представлении.

– Понимаете, оно даже близко не могло вкусом походить на то, что я себе воображал.

Не могло быть таким сладким, таким грешным, таким восхитительным. – Он еще немного приблизился к ней и теперь шептал ей прямо в губы. – Но ты… – Он скользнул губами по ее рту, это было словно прикосновение к шелку. – Ты, Фелисити Фэрклот, как раз можешь быть всем этим сразу. – Еще одно прикосновение, с ее губ сорвался легкий стон, и ему захотелось творить с ней порочные, чудесные вещи. – Ты должна быть больше, чем все это.

Ее пальцы сжались, грозя прорвать рубашку.

– Дьявол…

– Вместо того облака я собираюсь украсть тебя, – произнес он, зная, что она воспринимает эти слова как часть его рассказа, а не как правду, которой они являются. – Я собираюсь украсть тебя, – снова признался он. – Собираюсь украсть и сделать моей.

– Это не будет кражей, если я сама на нее соглашусь, – прошептала она в ответ.

Глупая девчонка. Конечно, будет. Но его это не остановит.

Глава шестнадцатая

Она была такой сладкой, головокружительной, и роскошной, и нежной, как та сахарная вата много лет назад.

Она была грех и страсть, свобода и наслаждение, и что-то большее, и что-то худшее, и он пропал, ощущая ее губы и ее вкус, когда она открылась ему, словно ждала его всю жизнь.

Фелисити Фэрклот была само совершенство – Дьявол впервые попробовал, что это такое.

На вкус она как обещание.

Она вздохнула, и он застонал, притягивая ее ближе к себе. Его пальцы запутались в ее волосах, а она прикоснулась к грубой щетине у него на щеках, царапнула ее ногтями и притянула к себе его голову, словно всю жизнь ожидала этого поцелуя и считала, что он того стоит.

Проклятье, Дьявол тоже хотел, чтобы он того стоил.

Он обнял ее одной рукой и прижал к себе так быстро и крепко, что она ахнула. Наконец он оторвался от ее губ и сказал:

– Я хотел вот так обнять тебя еще раньше, когда мы наблюдали за отправкой груза.

Господи, зачем он ей это говорит?

Она приподнялась на цыпочки и прижалась лбом к его лбу.