Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Кроньчак встал и снова начал размахивать дубинкой, мне эти его движения успели порядком надоесть. Я бы, может, и напал на него, но не знал как и боялся боли. Другие, очевидно, тоже.

– Я для себя ничего не хочу, – повторил Кроньчак.

8После паузы Бартек сказал, что все-таки почти всегда, желая чего-то для себя, мы что-то дарим и другим, и что в этом мудрость, и что он пытается так и делать. А Кроньчак недоверчиво прищурился и спросил, что же такое он себе пожелал.

– Я тебя прекрасно понимаю. – Бартек следил за движением дубинки.

– Много женщин это кое-что. А я хотел ту единственную. Молодой был и наверняка наивнее, чем ты. Да и сейчас наверняка. И я пытался, пытался, и не получалось, пока я почти не забыл о своем желании. И вдруг она мне с неба упала. Настоящее чудо, я так подумал. Это были лучшие недели моей жизни, и я дорого бы дал, чтобы их повторить.

Он замолчал, словно искал слова или ждал вопроса. Вопрос задал Кароль, и Бартек заговорил снова:"

"– И вдруг оказалось, что все это была неправда. Я проявлял терпение, но она требовала еще большего.

Я ей помогал решать проблемы, а она взамен приносила новые, и все более крупные, и я наконец осознал, что только даю и ничего не имею взамен. Я буквально потрошу себя, а партнер этого вообще не замечает. Дело дошло до врачей, даже до полиции. Боже, я чуть с ума не сошел, но хуже всего было не это. Я потерял радость от того, что даю, что делюсь моим миром. Чувствовал себя так, будто умираю изнутри. Я помнил хорошие дни. И понял, что они не вернутся, и это был худший час моей жизни.

Я где-то даже горд, что нашел в себе силы приехать сюда. Я горжусь всеми нами, и тобой тоже, – он указал на Кроньчака. – Каждый берет ответственность, и…

Он осекся, потому что Кроньчак встал на согнутых расставленных ногах и сделал себе рога из пальца и раздвижной дубинки. Начал ходить боком и качать бедрами. Повторял:

– Чего хочешь? Чего хочешь?

– Если бы я мог спуститься, попросил бы еще раз то же самое, – ответил Бартек.

Лампы под потолком и у бара погасли.

Снаружи кто-то кричал, поминая Иисуса и святых, дьявола и Марию.

9Свет вернулся. Бартек сидел на полу, Сташек трясся, а Кроньчак готовился ударить Кароля, который успел подняться и почти дошел до него. Кароль протяжно вздохнул и поднял руки к лицу.

– Похоже на то, что я единственный получил именно то, о чем просил. Слишком поздно и не так, как должно было быть. Я мог бы сказать, что сам это заслужил. Но я не мог знать. Жаловаться не на что, – сказал он и сел на пол.