Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Плохо это, правда, Дорис?

17У матери был тромб в венах, а Сташек не мог вынести ожидания. Ему сказали, чтобы пришел завтра, но он не послушался. Со светлой тенью Дорис за спиной кружил по кремовым коридорам, совал нос в дверь операционного отделения и беспрерывно ходил в туалет, где курили пациенты. Звонил Пирошеку, поднимал связи и заявлял, что если с матерью случится беда, то просто убьет врача.

– Достаточно дать пример, – сказал он. – Просто забить одного насмерть. Тогда остальные перестанут вредить, потому что будут бояться.

"Не хотел ехать домой. Дорис сказала, что крутиться по коридорам до добра не доведет, и затащила его в столовую. Они проходили открытые палаты. Все выглядело не так плохо, как говорили по телевизору. Больные сидели на кроватях, читали книжки, стучали в телефоны и лэптопы. Младшие играли на переносных приставках, а старшие в скрэббл. Пахло яблоками и лекарствами. В урнах лежали обертки от бутербродов, на подоконниках газеты «Стражница» и «Воскресный гость».

– Расскажи мне что-нибудь, – попросил Сташек.

По телевизору звучала песня Майли Сайрус, а на покрытых клеенкой столах расставляли тарелки с битками и картофелем, яйца вкрутую, хлеб с кусочком масла и хлопья. Двое больных скинулись и купили обед. Играли в шахматы. Окно выходило на невысокий дом, в котором мог размещаться морг. Сташек повторил свою просьбу. Хотел знать, отчего Дорис боится лифта.

– Отчим закрывал меня в шкафу и подпирал стулом. Он был такой сильный, что мог развернуть шкаф дверями к стене и иногда это делал.

– Она безрадостно улыбнулась. – За каждый проступок. Если я не прибралась, не занялась сестрой, что-то разбила, не помыла посуду или съела больше, чем мне было позволено. И так много лет, пока я не научилась защищаться. Темное, душное место. Я слышала, как отчим ходит по кухне и сопит после каждой стопки водки. Иногда он выпивал столько, что забывал меня выпустить.

Он хотел погладить ее по лицу, но она со смехом уклонилась, схватила его за руку:

– Ты поверил в это? Боже правый… Ну, не сердись.

Хочешь знать, как было на самом деле? Только не разозлись и не ревнуй.

– Я уже злюсь.

– Ну, тогда не расскажу.

– Дорис, я прошу тебя.

– Ну ладно. Так вот, это было еще у меня в Бельске. У меня был парень, и мы были влюблены, так круто, адски и свински. Ну, то есть я понимала, что из этого ничего не выйдет. Ну и что, все равно было супер. Летом мы ездили за город с палатками, на экскурсию в лес, но зимой была проблема.