Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Проклятье! Ей стоило попрактиковаться пить бренди заранее. На деле казавшийся таким привлекательным напиток оказался настоящим ядом. Вино нравилось Реджине гораздо больше.

– Да, – с трудом проговорила она.

– И что же это за предложение? – Даффин принялся барабанить пальцами по деревянной столешнице, прикладывая все силы к тому, чтобы сохранять бесстрастное выражение лица, хотя и сгорал от любопытства.

Реджина это поняла. Отлично.

– Тринадцатого января у меня день рождения, – произнесла она, ощущая болезненные спазмы в желудке и дрожь стакана в руке.

Ей даже пришлось поставить его на стол, чтобы не расплескать содержимое. Вряд ли она сможет объяснить Женевьеве, почему от ее мантильи пахнет так, словно она искупалась в ванне, наполненной спиртным. – Сегодня тринадцатое декабря.

– Поздравлять еще рано? – спросил Даффин, сдвинув брови.

Реджина замолчала. Господи, в его присутствии она совершенно утратила способность выражаться ясно. Она бесчисленное количество раз репетировала свою речь в тишине спальни, подыскивая подходящие слова и интонацию, пока не довела ее до совершенства, но, встретившись с Даффином лицом к лицу, не смогла собраться с мыслями.

Его рост, широкие плечи, белокурые волосы, проницательный взгляд и свежий пряный аромат одеколона, заполнивший кабинет, вскружили ей голову. Реджина напрочь позабыла с таким трудом заученные фразы и теперь силилась вспомнить следующую. Кажется, она хотела упомянуть о подарке?

– Я приняла решение относительно того, что хотела бы получить на день рождения, – выпалила Реджина.

Проклятье! Она собиралась произнести эту фразу совсем иначе, а теперь ее слова прозвучали требовательно и даже высокомерно.

Даффин продолжал хмуриться. Склонив голову набок, он смотрел на Реджину озадаченно и вместе с тем обеспокоенно, словно та сбежала из сумасшедшего дома, и ему предстояло уговорить ее вернуться обратно, не устраивая при этом сцен.

– Хотите, чтобы я купил вам подарок? – медленно проговорил Оуклиф."

"Из горла Реджины вырвался сдавленный смешок, более похожий на фырканье, и она тут же пожалела об этом.

Чудесно. Она явилась к Даффину, чтобы предложить свою девственность, но только что издала в его присутствии самый непривлекательный звук из возможных. Все шло совсем не так, как она представляла, и если она все же надеется получить желаемое, то лучше перейти сразу к делу.

– Нет. Я… э э… как бы это сказать… Я хочу, чтобы вы стали моим подарком.

Глаза Даффина заметно округлились.