Расплата за риск читать онлайн

Как раз над одним они и работали в настоящий момент.

Лара поставила укол, убрала медикаменты в чемодан, но не торопилась покидать спальню Данилова.

– Я с дежурства, Жень, – вздохнула Васьковская.

– Парни отвезут, – пробормотал Джек.

Усталость накрывала волной, и он начал подозрительно быстро отключаться.

– Я останусь, – Лариса улыбнулась, не обращая внимания на возражения во взгляде Данилова. – И потом, утром тебя нужно еще раз уколоть. Считай, на эту ночь у тебя есть сиделка. А пока что, поспи. Через пару часов я тебя разбужу.

Данилов уже провалился в сон. И, кажется, когда он проснется, чья-то кудрявая голова слетит с плеч.

Ему снилась Жулька. Милый лисенок с рыжими волосами и смешными веснушками. Но у лисенка имелись зубки и коготки, которые нравились Данилову даже больше, чем веснушки. Во сне она ластилась к нему, окутывала своим теплом, заставляла все его тело корчиться от желания. Ее руки были везде, безошибочно находили чувствительные точки. А рот… Влажные губы с протяжным стоном изучали его грудь, спускаясь все ниже к ремню брюк.

– Лисеныш, ты что творишь? – пробормотал Джек, но сил сопротивляться не было. Он устал бороться с влечением к ней. Устал хотеть и представлять, как делает ее своей, как будет чувствовать ее хрупкое тело всей кожей, каждым гребаным нервом.

Данилов кайфовал от того, что Жуля такая раскованная и раскрепощенная в его снах. Ее влажные губы сомкнулись на возбужденной плоти, и Джек понял, что хриплый стон принадлежит ему.

Боже, разве можно кончить во сне? Можно! Жуля творила с ним невероятные вещи, заставляла метаться по постели, загребать рыжие волосы в пригоршни. Джек решил, что позже он непременно спросит у Фарт, откуда такие познания в области минета. Завтра спросит. Как только проснется. И на всякий случай, выпорет. Чтобы не думала ни с кем такое повторить. Только с ним, Джеком. И точка!

Умелые движения языка заводили его с каждым мгновением все сильнее. Данилов плюнул на все мысли и надавил на девичий затылок, дернул бедрами вверх, заставляя Жу-жу обхватить его плоть сильнее, глубже.

Вот ведь чччерт! Но он не мог остановиться, стоило ему представить, как сверкают ее глаза, как алеют румянцем смущения щеки, как губы немного припухли от трения и оттого стали ужасно соблазнительными."

"– Господи, малышка, я кончу, твою ж мать! – прохрипел Данилов, зависая между сном и явью.