Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Вкус просто невероятный. И оно аж тает на языке. А торт Гауса? Считается, что, отведав этот торт, можно умереть от счастья и попасть в мир Смерти, где придётся вечность отрабатывать этот тортик…

Ну… умереть мне не захотелось, а вот жить, чтобы попробовать ещё раз этот торт очень даже! Но у меня есть лишь месяц… Потому что стоит этот торт, как будто он сделан из чистого золота.

Как хорошо, что мне не нужно за него платить! Муа-ха-ха-ха!

Блондин тот, младший который, ведь старшего унесли в лазарет, следил за нами и прожигал ненавидящим взглядом, а когда ему принесли наш счёт… Потерял сознание.

Что ж… понимаю. И соболезную, но прокормить двух Высших и правда стоит дорого…"

"Взяв двух пузатых дам за руки, повёл их из ресторана. И если посмотреть со стороны, то может показаться, что я веду беременных женщин. Благо, что у меня самого брюхо такое, что я сам как беременный. Таким образом сразу понятно, что мы просто очень вкусно и сытно поужинали.

Правда, уже было темно… Как-то быстро наступил вечер.

Ну или просто мы слишком долго ели.

Погода была чудесной, так что шли не спеша. Хотя с такими пузанами идти быстрее попросту невозможно. А в комнату мы не вошли, а вкатились и, не знаю как раздевшись, сразу завалились спать. Организм требовал войти в режим переваривания, как у змей. Что я, собственно, и сделал.

Правда, с обеих от меня сторон пригрелись женщины, прижимаясь ко мне животами. Так и уснули. А завтра… Понедельник завтра.

А это означает учёбу, новые проблемы и отлынивание женщин от работы! Ни изысканного дизайнерского белья, ни электричества…

Всё! Спать! Хр-р-р-р-р…

* * *

Где-то в Российской Империи.

Дворец Козловских.

Комната наследника рода.

Некоторое время назад.

Благородный муж, двадцати лет отроду, ходил по кругу, почти до крови кусая губу. Он уже почти протёр ковёр в своей комнате, ожидая, когда же ему позвонят. Однако ему всё не звонили и не звонили.

— Почему?.. Неужели что-то произошло? Да нет, не может этого быть, они ведь лучшие… — продолжал он кусать губу, а от нервного напряжения его всего трясло.

Вдруг остановившись, он кинул взгляд на дверь и выкрикнул: — Слуга!

— Да, ваша светлость, — в комнату тут же влетела привлекательная светловолосая служанка.

— Мне нужно расслабиться! — приказал он, и девушка лишь потянула за лямки на форме горничной, как та спала, обнажая великолепную грудь и фигуру. — Нет.