Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Боюсь, не смогу долго удерживать… Без вашего содействия портал не откроется окончательно.

Он закрыл глаза, но продолжал дышать, тяжело и неровно.

Герцог обреченно опустил голову. Слишком привязан к этому времени… Конечно привязан. Приходилось взглянуть правде в глаза: он не вернется в будущее. Просто не сумеет. Зря этот маг на что-то рассчитывает. Ничего не выйдет, это вполне очевидно. Его, Одаренного, смерть будет напрасной. Как и смерть Мэтью, и гибель Робера Бенуа. Нет, Смута, конечно, закончится, но девять лет спустя герцог Левансии исчезнет, не оставив наследника.

Какое-то время Феррант и другие его приближенные сумеют поддерживать видимость порядка. Потом правда всплывет наружу, начнутся народные волнения и борьба за власть. К тому времени когда Дениза, чисто гипотетически, родит второго сына, Левансия погрязнет в междоусобной войне.

Дайон вскинул голову, стиснул зубы. Этого не должно случиться. Жертвы всех этих людей не будут зря. Как и его кропотливая работа на протяжении девяти лет.

Он не будет счастлив? Наверное. Но если Дайон л’Эстре чему-то и научился за прошедшие годы, так это тому, что его личное счастье не стоит во главе угла.

И он побежал. Что есть сил, словно за ним гналась пущенная из арбалета стрела. Словно смерть грозила в любую секунду вонзиться между лопаток. Он мчался, больше ни о чем не думая, решительно преодолевая ярд за ярдом, как вдруг споткнулся и упал. Шар погас, и вокруг воцарилась кромешная тьма.

Глава 19

Когда глаза привыкли к темноте, Дайон обнаружил, что по-прежнему стоит в подвале собственного замка, вот только поблизости никого не было.

«Получилось или нет?» – промелькнуло в мозгу.

Он огляделся. Темные, покрытые мхом камни, потрескавшийся раствор между ними – все говорило о том, что подвалом давно не пользовались. Чуть поодаль герцог заметил арку потайного хода, так неосторожно открытого им несколько (да какое там несколько, целую вечность!) недель назад.

Проверить можно лишь одним способом.

Сжав рукоять кинжала, герцог направился к лестнице.

При виде него стражники изумленно выпучили глаза, но тут же вытянулись по струнке. Получилось. Дайон выдохнул, но вместо ликования его охватила опустошенность. Слишком многое пришлось оставить там, во временах Смуты. Многое и многих. Но здесь, в семьсот восемнадцатом, долг правителя требовал действий. И, расправив плечи, герцог направился по ступеням наверх, к привычной жизни.