— Мой брат говорит, что теперь ты можешь быть спокойна. — Выполнила я просьбу дроу, хотя братом он мне был весьма условно, я от этого родства не отказывалась.
— Говорит? — удивление в голосе Андры вытесняло расстройство.
— Теперь он может говорить только так, на языке жестов. — Пояснила я ей. — Он долгое время пробыл в рабстве.
Я внимательно наблюдала за девушкой. Поведение Альда было совершенно не типично для дроу. Так навязывать свое присутствие и заботу женщине дроу себе не позволяли. Они вообще старались не привлекать к себе женского внимания.
И решиться на такие безумные поступки дроу мог только по очень важной причине. И мне была важна любая реакция, хоть что-то. Именно поэтому я заметила, расширившиеся от ужаса осознания зрачки, и набежавшие на глаза слёзы. Хороший знак! Но сейчас важнее другое.
— Так что там с бастардом? — напомнила я.
— Всё как обычно. Мой отец обладал буйным нравом, терпеть не мог ограничений, ну, и изрядной долей тщеславия тоже обладал. Когда дедушка сообщил ему, что он обязан присутствовать на приёме в королевском дворце в честь приема эльфийской делегации, и что в числе прочих там будет и его будущая супруга, так как главы семейств уже обговорили этот вопрос, отец взбесился.
Назло дедушке он сбежал, несколько лет наёмничал у нагов. Вернулся, только когда дедушка действительно не смог больше в полной мере выполнять свои обязанности при дворе и главы рода. — Рассказывая, Андра словно находилась далеко от этой комнаты. — Вернулся уже не придворным повесой и бузотером.
Вернулся воином и наследником, привыкшим отвечать за тех, кто шел с ним в бой. Леса пограничья на юге нагаата до сих пор не самое спокойное место. Вскоре отец встретил девушку, которую полюбил, по иронии судьбы, она оказалась эльфийской и младшей сестрой той самой девушки, от которой мой отец когда-то так резво сбежал. Дедушка радостно объявил о помолвке, но в наш дом явилась женщина, что скрашивала ночи моего отца, пока он был на границе лесов. Из разорившихся аристократов, она пользовалась эффектной внешностью и жила на содержании то у одного мужчины, то у другого.
Возвращаясь, отец порвал с ней, оставив оплату за её жилье и на прочие расходы на несколько месяцев вперёд. Но эта женщина, прознав о том что отец вовсе не изгнанник рода, и вернувшись, возглавил его, посчитала, что она отлично подойдёт на роль его жены. Поэтому явившись и чувствуя себя здесь хозяйкой, она пришла в ярость, когда отец отказался на ней жениться.
