Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Это что получается, Винченцо на красоту и размер приданого позарился или все же его мнения никто и не спросил? Если честно, то по большому счету это уже не имело никакого значения. Как бы там ни было, но я чувствовала себя обманутой и преданной. Поэтому, обслужив дам, приняв заказ, я ушла на кухню. До кухни я не дошла, свернула в кладовку, да там и осела на пол от тяжести в груди. Снова нечем дышать, и я, уткнувшись головой в колени, старалась вдохнуть.

— Диана, тебе больно? — это Сабрина сегодня была моим хвостиком.

Полагаю, что это Хильда сказала ей за мной присматривать.

— Все хорошо, моя родная, все хорошо, — еле вытолкнула слова из себя. — Поболит и пройдет.

— Боль утихнет и пройдет. Все, что больно, заживет, — девочка прижалась ко мне и что-то зашептала, а я разобрала только эту фразу, словно из детской скороговорки. В груди стало словно теплее, и боль действительно немного утихла.

— Спасибо, мне легче, — я поблагодарила девочку и поднялась на ноги.

— Идем, у нас там куча заказов.

— Идем, — согласилась со мной девчушка. Что бы я без нее делала?

Мы быстро, в четыре руки собрали подносы с заказами, и я вынесла их во двор в кафе. Как раз в это время в кафе зашли трое мужчин. Однозначно это военные. И тот, что возглавлял шествие, был довольно высок в своем чине, так как смотрел на всех свысока. Я заканчивала разносить заказы. И, отложив поднос на стойку, подошла к посетителям.

— Добрый день. Чем могу помочь? — я окинула взглядом кафе.

Один столик вот-вот должен был освободиться. Как раз с этими двумя сплетницами, которые так и продолжают перемывать кости местному мэру и его дочерям.

— Вы сеньорита Диана Марендино? — спросил мужчина, и от его тона у меня поползли мурашки по спине. Таким же тоном со мной разговаривала тогда стража, когда огласила подозрение в колдовстве. Неужели эти двое не сдержали свое слово и это пришли за мной?

— Да, это я, — замерла в ожидании продолжения диалога.

— Нам велено передать вам это, — и мужчина протянул мне увесистый кошель. Там даже визуально было видно, что денег в нем предостаточно, — и письмо с приглашением на завтрашний праздник.

Я протянула руку, взяла кошель и письмо. Мужчины смотрят за моей реакцией, но не буду же я открывать его перед ними и на глазах всех посетителей кафе, которых очень заинтересовали эти посетители.

Я смотрю на мужчин, они на меня.