Ударил рукой по клетке и пошел вперед, а я следом за ним, с опаской глядя на прутья и думая о том — выдержат ли они. В сантиметрах от меня метнулась белая лапа…но когтей я так и не увидела.
ГЛАВА 15
Чем ближе мы подходили к зданию, тем сильнее меня охватывала паника. Мне было страшно. Как будто я чувствовала, насколько мне там будут не рады. Я ощущала это каждой клеткой своего тела, каждой мурашкой и молекулой.
Слуги выстроились в ряд и смиренно склонили головы. Им, наверняка, запрещено смотреть на меня и на хозяина.
Слева от меня Цэцэг в бархатном черном наряде (после того, как она стала вдовой, в их семье принято до самой смерти носить траур), расшитом золотыми нитками, с золотым ожерельем на полной шее. У меня в голове все еще звучит ее голос: ""Ни на кого внимание не обращай, плевать, что они тебя ненавидят. Главное, ты нужна ЕМУ. И он решает, кто и как будет к тебе относиться. Но ОНА…будь с ней очень осторожна. Она имеет на него сильное влияние, а что-что-томне подсказывает, что сильнее всех тебя возненавидит именно его дочь.
Держись как можно дальше от нее! Но…в любом случае, пока Хан в тебе нуждается, даже она будет бессильна что-либо изменить!"". А нужна ли я ему…Скорее нет, чем да. Ему нужна не я, а та, на кого я похожа. У меня не было возможности сравнивать…но если представить других мужчин, которых я знала, и сравнить их с Ханом, то все они станут бледными и жалкими на его фоне. Как физически. Так и духовно. В Тамерлане словно заперта невероятная сила, мощь, какая-то адская энергия, способная разрушить все на своем пути.
Его голос, походка, дикий взгляд, движения его огромного и сильного тела — все пропитано такой невероятной харизмой, что рядом с ним все становится мелким и невзрачным. Скукоживается, уменьшается в размерах. Даже этот дом…он словно стал на колени перед своим хозяином. Как будто ждал его, как будто жалобно распахнул окна и двери, встречая его. Так и все окружающие. Они признают в нем вожака и смиренно преклоняют головы.
И при этом в Хане нет ни капли той общепринятой красоты, которая пленяет женские взгляды.
Он скорее страшит, отталкивает, приводит в ужас. Он похож на огромное бешеное животное, смертоносное и опасное. Но именно это и влечет."
"Но когда именно он касается моего тела…именно его глаза горят голодом, меня пронизывает током ответного томления. Он волнует и доводит меня до паники одновременно. Когда мы ехали в машине, и его рука легла на мою грудь, накрыла ее ладонью, и губы…они были так близко от моих губ.
