Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Придется найти способ связаться с нужными людьми и при этом не дать о себе узнать ненужным. А такое не так просто провернуть в мире, где нет современных средств связи.

Придется что-то придумывать.

Придумывать ничего не пришлось, обо всем позаботился Холод. Нет, он не стал держать посты из верных людей на реке в ожидании возвращения отряда. Нехорошо, когда бойцы мокнут под нескончаемым дождем, и вдвойне нехорошо, что об этом неизменно прознают: коллектив землян не так велик, чтобы скрывать подобное.

Пойдут неизбежные вопросы, а это нежелательно.

Холод поступил проще и одновременно затейливее – прямо на тропе отряд наткнулся на шест, в расщепе на его верхушке был закреплен сложенный вдвое кусок бересты. Заметная штуковина, мимо такой не пройдешь, и понятно, что не природа поработала: в этом месте даже березы не растут.

Развернув послание, Рогов прочитал вслух:

– «Я со спиннингом на своем месте, вечером должно хорошо брать».

– Что это значит? – не понял Грач.

– Это значит, что у нас записка, которую посторонние личности не должны счесть подозрительной, – пояснил Киря.

– Специально для нас написали.

– Да? И ты что-то понял?

– Ну я ведь не такой балбес, как ты. Кто у нас самый главный по спиннингам? Только Влад, а Влад – стопроцентно наш человек. Где его любимое место – все знают. Думаю, что в честь дождей там оборудовали укрытие, раньше об этом поговаривали пару раз. Влад как бы ходит, хищника ловит, ну и заодно нас встречает.

– Целыми днями там сидит?

– Как же тяжело с такой тугой молодежью… Ты почитай записку: тут четко сказано, что вечером будет брать рыба.

То есть Влад там появляется вечерами. Понимаешь? Каждый день вечерами наведывается, все так просто, что мне даже стыдно это разжевывать. Рогов, у нас как со временем? Вроде еще не вечер.

– Еще нет. Но это не мешает нам наведаться на место Влада. Вперед.

Глава 12

Место и правда оборудовали, и тут явно не обошлось без вмешательства Холода. Если раньше все вмешательство человека в ландшафт ограничивалось узким мостиком из жердей и лыка да шалашиком под деревом, где один человек едва помещался в сидячем положении, то сейчас разница колоссальная.

Нет, мостик никуда не пропал, и переделывать его тоже не стали. Максимум, на что сподобились, – на мелкий ремонт. Зато от старого шалашика и следа не осталось, вместо него на высоком бережку стояла приземистая хижина из связок тростника и жердей.