Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Бросив украдкой взгляд в сторону двери, она бормочет:

— Вы уверены, что с вами все в порядке?

— Конечно. Похищение - не самое худшее, через что мне пришлось пройти. И они всего лишь мужчины. Не то чтобы с ними было трудно справиться. Я знавала чихуахуа, которые были намного страшнее.

— Я этого не говорила, но... Эти парни наводят ужас. И их босс...

Она вздрагивает.

Любопытство поднимает свою уродливую голову.

— Вы прожили в Бостоне всю свою жизнь?

Она кивает.

— Значит, здешняя ирландская мафия довольно могущественна, да?

— Они управляют городом.

Так было всегда, сколько себя помню. Даже копы у них на жалованье.

Я могу сказать, что Нэнси прониклась ко мне симпатией, поэтому издаю тихий ободряющий звук, показывая, что слушаю ее.

— Я имею в виду, что у нас есть итальянцы. И русские. И многие другие, но ирландцы представлены в Бостоне сильнее, чем в любом другом городе Америки. Раньше все было более стабильно, но за последние несколько лет вспыхнули территориальные войны. Главных боссов мафии продолжают убивать.

На самом деле, только на этой неделе произошло убийство.

— Я слышала об этом. Диего, верно?

— Да.

— Странное имя для ирландца.

— О, он не был ирландцем. Американец мексиканского происхождения. По всем улицам раструбили, когда его босса застрелили, и он занял его место. Они сказали, что это знамение времени - латиноамериканец встал у руля. Толпа становится более интернациональной или что-то в этом роде.

Последним лидером русских был этнический украинец, так что, думаю, нет ничего странного в том, что у ирландцев будет американец мексиканского происхождения.

— Так что же случилось с этим Диего?

— В газетах писали, что его тело было найдено на свалке. Они до сих пор не нашли его голову.

Как ужасно. Интересно, насколько близки они были с Декланом?

— У них есть какие-нибудь предположения, кто это сделал?

Нэнси бросает на меня взгляд.

— Это был не кто-то из его друзей, это уж точно.

Конечно. Это был один из его врагов. Как, может быть, у итальянцев.

Или русских.

Или у Кейджа.

Неудивительно, что Деклан смотрит на меня с таким интересом… что бы это ни было. Я - лучшая подруга Натали. И сказала, что дружила с Кейджем, встречалась со Ставросом. Даже если он признает, что я не развязывала войну, Деклан все равно считает, что я - его враг.

Враг, ради защиты которого ему придется приложить немало усилий.

Вопрос, почему?

— Простите, что?

Оторвавшись от своих мыслей, я осознаю, что произнесла последнюю часть вслух.

— Ничего. Извините.