Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— …Димочка, а ты когда остепенишься?

Услышав этот вопрос, обращенный к Крапивину, Катерина бросила на мать пылающий взгляд.

Мама! Ну, кто ее просил!.. Ужин подошел к концу, некоторые гости уже разошлись, остальные попивали чай, закусывая тортом, и разговаривали ни о чем. Все спокойно. Катя уже нашла благовидный предлог, чтобы уйти — нужно срочно найти подарку Крапивина достойное место.

— А что, Юлия Сергеевна, думаете, моя очередь настала? — уверенно улыбнулся Дима.

— Ну, на Валета нет никакой надежды, — засмеялась в ответ Юлия Сергеевна.

— Мне придется кого-нибудь пропустить. Я же жду Катрин, вот вырастет моя нареченная и женюсь на ней. Денис Алексеевич, вы же отдадите за меня Катерину? Мы договаривались.

— Ну да, договаривались, — привычно поддержал Денис молодого человека. — Тебе тогда лет десять было. Не передумал?

— Нет, — улыбнулся Крапивин еще шире, глядя на Катю, — ей моя фамилия больше подходит. Колючая у вас Катрин."

"Шаурин мягко рассмеялся, и дочь не выдержала:

— Папа! Хоть ты в этом не участвуй

— Я и не участвую.

Катя почувствовала, как ее лицо заливается краской Не зная, куда деть себя от злости и негодования, она не придумала ничего лучше, как облить Крапивина очередной порцией сарказма:

— Дима, может, тебе Диккенса к чаю принести, а то ты с тортиком не очень презентабельно смотришься.

— Нет, спасибо. Достоевским сыт по горло, с прошлого раза от него несварение. Катрин, а где твое маленькое черное платье? До сих пор его помню.

Последнее он сказал шепотом. Но эти тихие, едва слышные слова взорвали девушку изнутри.

Ах, Дима, оказывается, может быть очень мстительным.

Катя придвинулась к нему ближе, обняла за плечи и громко объявила:

— Ладно, я согласна! Выйду замуж за Крапивина! Вот через месяц стукнет мне восемнадцать, и кончится, Митя, твоя разгульная холостяцкая жизнь. Мама, сфотографируй нас, исторический момент все-таки. Помолвка. — Обняв еще крепче, тихо проговорила ему в щеку: — Сука ты, Дима. Падла.

Он как будто и бровью не повел:

— Ты чрезвычайно строга ко мне, Катрин.

Последние полтора года незаслуженно и беспощадно строга. Ах, это черное маленькое платье.

— Я тебя ненавижу. — В эту минуту она его действительно ненавидела. Всей душой. И всем горящим от возбуждения телом.

— И поэтому ты весь вечер сидишь около меня, — мило напомнил он, и Катя, конечно, не оставила его реплику без ответа.

Потрепав его по каштановым волосам, вдохнула:

— Привычка. Ты же мне как брат. Вот Ванечка взял и женился.