Мы мирные люди читать онлайн

— Вы помните того немецкого офицера? Карл Шведике. Софочка была совсем-совсем неопытная... И другие немецкие офицеры... Вы тогда ударили Софочку скрипкой, и Софа ужасно плакала...

Забыв, что она изображала сочувствие, Эмилия Карловна продолжала почти со злобой:

— Она и с вами-то не поехала только потому, что у нее был уже этот самый кривляка Суходольский... Ну, а потом и вовсе... Устроилась в ресторане... Тут и пошло... Деньги, шампанское, водка...

Спохватилась и снова перешла на елейный тон:

— Господи! Ведь такая хорошенькая! Совсем куколка.

— Куколка-то куколка...

— Ну вот, вы и сами догадались. В романах это называется камелия... а откровенно сказать — настоящая проститутка...

Эмилия Карловна вздохнула, но Веревкин понял, что младшую дочь Бережнова она терпеть не может. Это тоже хорошо. Меньше разговоров.

— Ужасно, ужасно! — простонал он.

«Может быть, проклясть? Нет, подожду. Это всегда успеется. К тому же, тогда надо рвать на себе волосы, отказаться от кофе... а я голоден и устал».

Он ограничился только тем, что мрачно сказал: — У меня нет дочери."

"Тут он вплотную занялся завтраком, налегая на домашние булочки и знаменитые маринады. Эмилия Карловна, давая улечься отцовскому горю, пошла наводить порядок в его комнатах. И затем уложила его спать.

3

Проснулся от стука в дверь.

— К вам гость, Иннокентий Матвеевич, — многозначительно сообщила вдова Лаубертс и, прежде чем Веревкин успел спросить, кто именно, исчезла за дверью.

Протирая глаза и одергивая помятую пижаму, Веревкин быстро припоминал всех знакомых Бережнова по Ростову.

Опять стук в дверь.

— Прошу, прошу, — голосом Иннокентия Матвеевича сказал Веревкин.

Вошел молодой широкоплечий губастый капитан. Шагнул к Андрею Андреевичу:

— Иннокентий Матвеевич!

Обеими руками схватил руку Веревкина и стал трясти ее, словно пробуя оторвать.

«Танкист, кажется... Но кто же он такой?».

Капитан в списках близких знакомых Бережнова не значился.

— Иннокентий Матвеевич! Как же я рад!

Офицер смеялся, крутил головой и разглядывал Веревкина, как какую-то невидаль. И чего это они все его разглядывают? Ну, приехал и приехал. Что тут смотреть?

— И я рад. Чертовски рад. Чувство такое, словно бы второй раз на свет родился.