Флаг пока не было видно, но, судя по большому красному кресту, нашитому или нарисованному на желтовато-белом фоке, англичанин, а поскольку идет в балласте, скорее всего, вояка. Пиратство в Англии карается сурово, если жертва — английское судно, а по отношению к другим флагам возможны варианты. Как только увидят, что в трюме английские пушки, запрещенные к вывозу из королевства, капитан с чистой совестью повесит нас, а иол и пушки конфискует.
Я принес из каюты бронзовый пеленгатор, изготовленный по моему чертежу, установил его на магнитный компас и показал Яну, как брать пеленг.
Объяснил, что если пеленг не меняется, то, при сохранении курса и скорости, корабли сблизятся вплотную, то есть, столкнутся, а если меняется нам в корму, то другой корабль пройдет у нас по корме, а если в нос, то по носу. Этому мы подрежем нос. Судя по тому, что пеленг менялся медленно, на малой дистанции. Я решил увеличить ее, но заметил, что корабль меняет курс. У капитана, видимо, были проблемы с абстрактным мышлением или малый опыт, потому что повернул влево, надеясь побыстрее сблизиться с нами.
Я не стал менять курс. По моим прикидкам получалось, что теперь разминемся на дистанции полтора-два кабельтова."
"Капитан английского корабля понял свою ошибку, когда между нами было от силы полмили, и начал поворачивать вправо. Его команда засуетилась, работая с парусами. Опоздали, потому что мы проскочили у них по носу на дистанции больше кабельтова. Прогрохотал выстрел из погонной пушки. Судя по ядру, шестифунтовка.
Прицел взяли низко. Ядро первый раз коснулось воды метрах в ста от носа корабля, попрыгало на волнах и занырнуло, не добравшись до иола. Второго выстрела не последовало. Видимо, всего одно погонное орудие. Вместо того, чтобы развернуться и дать по нам бортовой залп, а судя по портам, на каждом борту у него по семь пушек, английский капитан приказал поворачивать вправо, в нашу сторону. Я тоже начал поворачивать вправо, на ветер. Уверен, что этот ублюдок не сможет идти так же круто к ветру, как иол.
Что вскоре и подтвердилось. Когда между нами было семь-восемь кабельтовых, погонная пушка выплюнуло еще одно облако черного дыма и шестифунтовое ядро, которое на этот раз было направлено выше, но мимо. Настырности капитану было не занимать. Еще около часа он гнался за нами, пока дистанция между судами не увеличилась миль до трех, но больше не стреляли, понимая, что попадут только в случае огромной удачи. Если бы она была на их стороне, уже бы захватили иол.
