Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Потому что комната вдруг окончательно пошла кругом, подхватывая меня с собой и выбивая пол из-под ног.

— Матвей! — позвала я слабеющим голосом, шатаясь и заваливаясь набок.

Он резко обернулся, дернулся ко мне, что-то крича…

И не только он — все вдруг опомнились, загомонили, заголосили на разные лады. Будто только сейчас поняли, что происходит нечто совершенно ужасное.

Я же пыталась выцепить из всего этого шума единственный существующий для меня голос, который звал меня, орал что-то очень и очень важное… что-то, что я просто до одури хотела услышать… Но все звуки путались, мешались в один сплошной фон, и вскоре этот фон заполнил мою черепную коробку такой бессвязной кашей, что стало бесполезно в него вслушиваться…

Пытаясь удержаться на ногах, я вцепилась рукой в первое, что под нее попалось — лацкан пиджака Донского — почувствовала под своей спиной его руку руку и только тогда позволила липкому, розовому туману проглотить меня целиком…

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

* * *Очнулась я в машине.

Нет не в скорой помощи, что было бы естественно. В машине Донского — сразу же узнала ее по запаху — дорогая кожа пополам с его одеколоном и еще чем-то неуловимым, терпким… чем-то, что принадлежало только ему.

Пошевелила рукой, поморгала, и тут же руку мою сжали другой — большой и горячей.

— Лучше? — Матвей прокашлялся, явно пытаясь убрать из голоса хрипоту. Курил он что ли, что так сипит сегодня?

Я слабо кивнула.

— Лучше… Что это было? Что со мной?

Только тут заметила, с какой скоростью несется по вечерним улицам машина.

— И куда мы едем?

— В частную клинику, — коротко ответил он на последний вопрос.

Слишком коротко. Слишком сухо и прохладно, будто… будто он злится на меня.

Но за что?! Неужели все же подумал, что я флиртовала с этим…

Я попробовала приподняться, упираясь кулаками в края мягкого сиденья… но оно было слишком мягким, я слишком глубоко утопала в нем, чтобы в таком состоянии самостоятельно из него выбраться…

— Что со мной… — снова слабо повторила, поворачивая к Матвею голову.

Он дернул плечом.

— Это я должен у тебя спросить, Максимова…

Меня буквально ошпарило от его холодного «Максимова».

Не зная, как реагировать и что думать, я просто молчала, уставившись в лобовое стекло… глядя как он несется, обгоняя другие машины.

— Ну, что? — подогнал меня он.