Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Дракон не уйдёт в Дорион и погибнет здесь!

Лона мельком глянула на мага и скривилась:

– Как вариант… – И посмотрела на брата. – Но надёжнее первоначальный план.

– Зои ненавидит Эона, – рассудительно заметил Нолл. – Эмоциональная связь оборвана.

– Не так просто перестать любить, – с едва заметной горечью в голосе заявила Лона. – Порой чувство так заседает в сердце, что ни измена, ни даже чужой ребёнок не спасают. – Она тряхнула головой и жёстко спросила: – Эон, почему ты молчишь?

– Не дави, – осадил он сестру.

– Я уже сказал, что не стану этого делать.

– Дракон всё равно трахнет твою любимую! – воскликнула женщина. – Но, если ты будешь сидеть сложа руки, то хвостатая тварь свалит в свой мир, сам ты сдохнешь, а наш род будет навеки опозорен!

Эон молча сжал кулаки. Как бы то ни было, больше он использовать Зои не станет. Потому что это ранит его собственное сердце. Их обоих ждёт смерть при любом исходе. Но лучше дать любимой умереть мгновенно и на пике удовольствия (а в том, что так и будет, сомневаться не приходится), чем обречь их обоих на медленное и мучительное умирание в потерявшем дракона мире.

– Хорошо, – не дождавшись ответа брата, сдалась Лона и, не глядя на Нолла, приказала: – Сделай это!

Эон снова промолчал, лишь напрягся всем телом. Да, он слаб и сила рода ведлов недоступна в поражённом магией дракона теле, но вовсе не беспомощен! Убить мага не сможет, но помешать насилию – вполне. Главное, поймать нужный момент. И не давать сестре повода для подозрений.

Поднялся и бесстрастно предложил:

– Я поведу.

Глава 17

От безликого, который нёс меня на руках, исходил запах стылой земли, будто мужчину выкопали из покрывшейся коркой льда могилы. Мне не верилось, что это всё ещё человек. Всё же «исцеление», о котором рассказывал Нолл, трудно представать. Невозможно вдохнуть жизнь в то, что уже умерло. Можно лишь родиться заново, но тогда умершее навеки пропадает в прошлом."

"Тело пронзала слабость, словно меня чем-то накачали, не было сил ни сопротивляться неизбежному, ни пытаться сбежать.

Зачем? Перед глазами раз за разом возникала страшная картинка, как в грудь Эона ударяется зелёное пламя, и он падает. И сердце в очередной раз сжималось от колющей боли. У меня не возникло сомнений: Ульрия убила моего бывшего парня.

Я с ненавистью посмотрела на шагающую перед нами женщину в длинном плаще. Жаль, что я не маг! Я бы… Дышать стало ещё труднее, и я зажмурилась. По щекам снова скользнули слёзы.