Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

А еще чуть позднее Ирвин и Сергей открыли Дверь, чтобы скептически настроенные сотрудники элитных ведомств могли убедиться во всем собственными глазами. Оба бойца «сто семнадцатой» ухмылялись, глядя, как отвисли челюсти экспертов.

Наконец, все это закончилось, и Сергей отправился туда, куда должен был отправиться сразу после Иланы. В отпуск. На Цикаду. К Снежанне. Он с трудом пережил часы ожидания – дорогу до третьей планеты системы Толимана. Под конец, ничуть не стесняясь, метался по грузовому отсеку, сжав кулаки.

Просто не мог больше ждать.

Знакомый космодром встретил тишиной, совсем как в тот раз, когда «Метла-117» высадилась на Цикаде почти в полном составе. Тогда их было четырнадцать…

Сергей очень торопился к Снежинке, но все же не мог не свернуть в сторону, сделать небольшой крюк.

…Черное поле, на котором «Метла-117» приняла страшный бой, так и осталось черным. Это казалось невероятным. Глядя на сожженную землю, Сергей не верил собственным глазам. На Илане трава поднималась за сутки, и это после обработки напалмом.

А здесь, на соседней планете системы Толимана? Сколько же дней прошло с тех пор? Сергей попытался сосчитать и вдруг понял, что не может этого сделать. Он был уверен: с тех пор прошли не дни – минула вечность.

Это случилось очень давно… «Сто семнадцатая» покинула Цикаду, оставив две могилы на городском кладбище. Кастета. И Пальцуна.

«Счастливые… У них хотя бы есть могилы…» – сказал тогда Клещ.

В отличие от Поэта. От Дэла. От Наркоши. От Ботаника. От Боксера. От Пастуха.

От Черепашки Ниндзя… От…

Сергею стало страшно. Он помнил каждого из своих – помнил! Здесь, на Цикаде, совсем недавно, они были живыми. Совсем недавно. Вечность назад.

Воронин побрел в сторону города. Он не хотел думать о прошлом. Он не мог не думать. Здесь, на Цикаде, слишком многое связано с живой «Метлой». С живой! Тогда никто из них не знал, что за ад ждет впереди…

Знакомая площадь, где танцевала королева бала. Бала в честь спасения города. В их честь, «Метлы-117». Здесь он впервые увидел Снежанну.

Увидел и влюбился по уши.

Знакомая площадь. Знакомый дом. Снежинка на крыльце…

Он остановился в десяти шагах, выжидающе глядя на девушку. Она замерла на пороге и смотрела на него, недоверчиво, странно. Странно? Может, испуганно?

– Ты не рада, Снежинка? – тихо спросил Сергей.

И тогда стена рухнула, одним прыжком девушка преодолела крыльцо и ступени, бросилась на шею, повисла.

– Дурак! Дурак… Сереженька, какой ты глупый! – Она плакала, шептала, целовала.