Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

- Леонид Викторович, я готова назвать фамилию одного из курсантов, - неожиданно прозвучали слова из строя.

И что-то мне подсказывало, что я уже знаю кого назовёт Шестая.

- Я тоже готов, - поняв, что замыслила Шестая, произнёс Третий. – Шестая это…

- Стоп! – резко крикнул Бережнев и накрыл пологом Третьего. И сделал это так вовремя, что никто не узнал, что произнёс курсант.

- Шестая, учитывая, что ты была первой, ты первой скажешь кого смогла вычислить. - Он передал ей планшет. – Напиши цифру, а после ФИО. - Шестая кивнула.

И сделала, что ей сказали. – Поздравляю, - улыбнулся он. - С завтрашнего дня начинаются индивидуальные занятия.

После этого Бережнев снял полог тишины с Третьего, которого, как я успел заметить, сдерживали путы, чтобы он не вышел из области действия чар.

- Я этого так не оставлю! – вскинулся он на Бережнева. – Вы нарушили догов….

Бережнев прошептал слово-активатор, и Шестой застыл на месте.

- Вы отчислены. Соберите свои вещи, машина доставит Вас на вокзал.

Через несколько дней вышел Восьмой.

Он окинул меня торжествующим взглядом и сказал.

- Леонид Викторович, я готов назвать ФИО Тринадцатого.

В тот момент у меня сердце буквально чуть не вылетело из груди. Я помнил, как Восьмой быстро распознал уловку профессора, который осознанно вводил нас в заблуждение по поводу способностей Тени.

- Восьмой, ты ошибся, – к моему облегчению сказал Бережнев. - Ещё две и ты вылетишь из программы.

После этого я понял, что надо ускоряться. Всю неделю я нормально не спал. За это время ещё два курсанта испытывали удачу, и хоть это касалось не меня, и к тому же они ошиблись, но всё равно изрядно трепало нервы.

Когда я ввёл в планшет ФИО Восьмого, с замиранием наблюдал за меняющейся мимикой Бережнева.

Восьмой - Путилин Всеволод Иванович."

"- Что ж, - произнёс куратор, – ты прав. – Он повернулся к Восьмому. - Ты выбыл.

Я ожидал, что курсант если не набросится на меня с кулаками, то наговорит всяких мерзостей. Но этого не последовало. Вместо этого он произнёс.

- Боже, как же глупо ТАК вылететь из программы! – он перевёл на меня взгляд. – Я понимаю, что наша шутка с Третьим была глупа, но блин… Ты ведь даже не упал! И я считаю, за это избрать своей целью меня, так мелочно!

В чём-то он был несомненно прав. И мне его чисто по-человечески было жаль. К тому же Восьмой был и впрямь очень умным. И не будь у меня гримуара, я вряд ли справился бы с этим заданием. Но, что сделано, то сделано.

- Восьмой, - вдруг произнёс Бережнев.