Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сеня пару раз удивленно боднул ее лбом, потом философски свернулся клубком и тоже задремал. Теду зверски хотелось составить им компанию, но вместо этого пилот проглотил капсулу стимулятора и пошел в прохладный душ, чтобы усилить действие препарата.

На растерзание Станиславу осталась одна Трикси, что, пожалуй, было даже к лучшему, – разговор получился емкий, без лишних эмоций, к тому же киборг могла иллюстрировать рассказ голографиями, напрямую транслируя их на терминал.

– Ясно, – только и сказал капитан (а что тут еще скажешь?).

– Мне очень жаль, Трикси.

Девушка устало отмахнулась – да вы-то тут при чем! – но Станислав видел, что она сама не своя. Слишком сдержанная и отчужденная, слишком похожа на киборга. Впрочем, после такой передряги неудивительно.

– Иди отдохни, – мягко посоветовал капитан.

– Ага. – Трикси с благодарностью воспользовалась разрешением, но пошла не в каюту, а к медотсеку."

"Дэн так и стоял возле двери, скрестив руки на окровавленной груди и прикрыв глаза, однако прежде чем девушка решилась с ним заговорить, из медотсека выглянул доктор, поманил рыжего пальцем, и тот послушно зашел внутрь, а Реми вышел.

Вениамин, вспомнив навыки полевого хирурга, удалил торчащую кость вместе с куском безнадежно сожженной, уже подгнивающей плоти, и от плеча осталась совсем короткая культя. В забинтованном виде она выглядела намного приличнее того кошмара, а киборг – несчастнее, хотя лицо у него было вполне довольное.

– Как только заживет, поставим протез, – пообещала Трикси. – Будет круче настоящей!

Реми философски кивнул – подумаешь, рука, у него еще одна есть! – и, вычеркнув травму из списка проблем, заинтересованно направился к обеденному столу, надеясь съесть что-нибудь повкуснее антибиотиков.

Как Тед и предсказывал, полицейский корвет акулой покрутился между скопившимися у станции судами, повода придраться к ним не нашел и снова нырнул в атмосферу.

Пора было драпать, пока он не заинтересовался затянувшимся визитом Сары и не вернулся.

Тед хотел отнести Киру в катер на руках, но девушка сразу проснулась и зашипела от боли – «ушибленный» локоть налился зловещей синевой и опух еще сильнее.

– Я в порядке, – пробормотала Кира, стиснув зубы, и встала сама. – Ничего, до «Флипса» как-нибудь дотерплю, а там пусть уже наши медики разбираются.

– Не доверяешь? – пошутил Вениамин.

– Времени жалко, – честно сказала девушка.