Name: «Конкурс комплиментов» и другие рассказы от первого лица (сборник)
Author: Наталья Владимировна Нестерова

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Тебе ж объяснили, что они зеленого цвета и глаза закатились. Какое удовольствие?

Я поняла, что пора уходить, что начинается мужской разговор, оскорбительный для моих ушей. Встала, начала прощаться. Остановил меня вопрос Ивана Матвеевича:

– Голубушка, сбегай, а?

– Куда «сбегай»? – не поняла я.

– Тут рядом с больницей гастроном. Купи беленькой, а?

– Лучше портвейна, – сказал товарищ на костылях.

– Да чего жмотиться! – возразил обездвиженный больной в углу. – Коньяка пусть купит!

– Вам нельзя! – поразилась я. – Даже салаты запрещены! Вы – больные!

– Мы только на конечности больные, – уточнил Иван Матвеевич.

– А желудок и душа здоровые! – подхватил товарищ на костылях.

– Душа очень просит! – заверил из угла четвертый пациент.

– Ты мне друг или не друг? – грозно повысил голос Руслан.

Видели бы их лица! Даже не лица меня тронули, а шеи! Шеи у них вытянулись, напряглись, потянулись ко мне в страстном призыве. И, конечно, глаза! Четыре пары голодных мужских глаз!

Каюсь, сбегала. Купила им бутылку сухого вина.

За что сначала обругали ввиду низкого градуса, а потом сказали: ну, хоть это! И на карауле стояла у дверей палаты, пока они открывали бутылку и разливали вино по кружкам – домашним, принесенным их родными для чая и компота.

Выпили мужики, легли довольные, опустили головы на сиротские больничные подушки. Я забрала бутылку, спрятала в сумку, помахала всем ручкой. Руслан показал мне кулак, я ему – ехидно, язык. Кто в споре победил? Уже закрывая дверь, услышала, как спрашивают моего друга:

– Она тебе вообще-то кто?

Интересно, хотя и абсолютно ясно, что Руслан ответил.

Сарафанное радио"

"– Степан из восемнадцатой квартиры бандит бандитом, а дочь на виолончели учится играть.

Раиса Тимофеевна сидит на моей кухне, пьет чай и рассказывает новости нашего дома.

Пятнадцать лет назад, когда мы въехали в этот дом, ведомственный, от фабрики, большинство из общежития переселились, друг друга знали и жили почти коммуной. На субботники выходили весной и осенью, двор обустраивали, после работы тащили снедь на общий стол, гуляли до полуночи, танцевали под магнитофон.

Молодые специалисты, приехавшие в городок при фабрике по распределению, мы обретали новую родину, на которой соседи становились чем-то вроде близких и дальних родственников.

Сейчас посаженные нами деревья выросли, как и дети, а двор одичал. На месте детских песочниц – стоянка автомобилей, где была карусель – мусорные баки, на хоккейной площадке, которую заливали зимой, выгуливают собак.