Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Ничего! — встрепенулся Аэддан. — И без тех секретов мой урожай в этом году будет неплохим. Правда, я смог обработать лишь клочок поля. Но зато вложил в него все свое умение, весь труд, все силы. — Он гордо посмотрел на Тарена. Когда мы с женой были уже не в силах тянуть плуг, я вскапывал землю просто руками и засевал ее зерно за зерном вот этими ладонями, — крестьянин засмеялся. — А потом я выпалывал поле, ползая от колоска к колоску так же старательно, как знатная дама лелеет цветок, растущий в горшке у неё на окне.

Не может быть, чтобы земля обманула меня, — он нахмурился, — Не должна. Наша жизнь зависит от этого урожая."

"После такой длинной речи крестьянин умолк надолго, и судная трапеза прошла в глухом молчании. Тарен, поблагодарив хозяев, с удовольствием расправил свои ноющие кости у очага. Гурджи свернулся клубком рядом с ним. Усталость сморила Тарена, заглушив даже тревожные мысли о судьбе Мелинласа. Пот шум бесконечного дождя, барабанившего по крыше и потрескивание тлеющих в очаге угольков он уснул.

Они поднялись еще до рассвета. Но Аэддан уже копошился на поле. Дождь кончился. Исходящая паром земля была свежей и влажной. Тарен опустился на колени и зачерпнул полную пригоршню этой теплой мягкой земли. Аэддан говорил правду — поле было вспахано на славу. Тарен глядел на крестьянина со все возрастающим уважением и восхищением. Ухоженная земля наверняка даст богатый урожай. Но с болью и тоской взирал Тарен на невспаханный клин. Эта земля так и останется бесплодной, потому что не хватает рук возделать ее.

С тяжким вздохом он отвернулся. А мысли его снова устремились к Мелинласу.

Как отобрать своего серебряногривого коня? Одно Тарен знал твердо: надо направить свой путь к замку лорда Гориона, куда, по словам Аэддана, грабители непременно должны были отвести захваченного коня. Но пока, хоть его и не оставляла тревога за любимого коня, Тарен взялся за работу. Он все утро трудился рядом с Аэдданом. Бедные крестьяне поделились с ним последним куском хлеба, и Тарен не видел другого способа отблагодарить их.

К полудню он разогнул спину и остановился. Больше медлить было нельзя. Пора в путь!

Он стал готовиться к отъезду. Аларка и ее муж стояли в дверях хижины. Они не спросили Тарена о цели его путешествия. Но женщина сказала на прощанье:

— Ты давно, как я вижу, вышел в дорогу. Ты оставил свой дом и своих родных. Я знаю, как страдает сердце матери по ушедшему сыну.