Одна за другой мимо него проносились тени погибших правителей: восемь за его далеко не короткую жизнь он короновал, столько же раз очищал венец и вступал в роль регента, три раза растил младенцев до нужного возраста, следил за обучением и каждый раз проводил церемонию очищения и погребения. Провожал оборотней и эльфов в сырую землю, целуя холодные лбы, а теперь девятый. Девятый король, столь нежно полюбившийся ему, должен был лечь в гроб и выслушать горестные рыдания и прощальную песнь Светлых.
- Он погиб как истинный Король и защитник, - неожиданно раздался голос рядом с ним, эльф вскинулся, стремительно вытер слёзы и уставился на неясный силуэт рядом с собой.
Почти прозрачный, дрожащий, подобно снежинкам на лёгком ветру, готовый вот-вот исчезнуть. Но то не могло обмануть старого Советника, он чувствовал силу, исходящую от этой сущности и окутывающую его со всех сторон теплом и спокойствием. - Это не останется без внимания. Запомни мои слова, Валенсио Завиль дель Амал, сохрани в своём сердце, но не передавай, ни одному.
Никому. Никогда. Покуда не сбудется сказанное. Девяносто одна луна сменится над этим миром, отмеряя долгие, мрачные ночи, наполненные Тьмой, потерями и поражениями, ты будешь подвергаться испытаниям, они будут настигать тебя в моменты слабостей, и не раз ты будешь думать о Долине Вечной Тени, но крепись и держись. С приходом девяносто второй луны явятся в мир два Короля, связанных крепкими нитями Судьбы. Они пройдутся белым огнём по землям, не выходя из теней, и явятся к вам в момент крайней нужды, когда надежды уже не будет.
Из пепла вырастут хрустальные цветы, но не узнать вам будет Королей, ибо пожертвуют они своим Светом, дабы разить Тьму в самое сердце. Наблюдай за звёздами и луной, Эльф, и награда будет ждать тебя.
Морок развеялся, но слова его ещё дрожали в воздухе, наполняя тронный зал своим сладким, страшным звучанием. Перед глазами Валенсио плясали тени и огни, голова кружилась, а в груди словно застрял обломок ледяного клинка, неподвижный, но смертоносный.
Ему было известно о духах, которые путешествуют по мирам, по временам, наблюдая за происходящим и по большей части не вмешиваясь. Но иногда они являлись к живым и вкладывали в их сознание свет надежды, ответы на вопросы и подсказки, вроде этого странного предсказания. Оно было кристально-ясным, но кое-что понять Валенсио было не дано в эти мгновения. Он лишь глядел на то место, где только что покачивался дух, вещая о странных, хоть и спасительных вещах.
