Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Чем, впоследствии, и поплатился.

Глава 81

В нашем отделении было трое солдат — три самых жестоких и мерзких отродья из всех, что я когда-либо видел. Их опасались даже командиры и старались держаться от них на расстоянии. Мне удавалось сохранять с ними нейтралитет: мы не замечали друг друга. Возможно, это было из-за моих успехов в воинской службе, ведь отделениям, где находились лучшие из солдат, полагались награды и определённые послабления.

Через несколько дней, я проснулся посреди ночи от криков в здании нашей казармы.

Прислушавшись, я понял: крики доносились из оружейной. Надо было пойти и проверить, там явно происходило что-то ужасное, то, чего быть не должно. Другие солдаты также слышали крики, но сделали вид, будто спят. Я быстро оделся, пробрался к оружейной и аккуратно заглянул через приоткрытую дверь. То, что я там увидел, повергло меня в дикий ужас.

— Боюсь себе представить, — вздрогнула Элена."

"— Через потолочную балку была протянула толстая веревка, и к ней был привязан незнакомый мне парень, по виду — почти мой ровесник, обнажённый по пояс.

Всё его тело было покрыто кровоподтёками и открытыми ранами. Его длинные серебристые волосы были окрашены в красный цвет, но взгляд… У него был взгляд человека, не ведающего слова «страх». Трое солдат избивали его палками, били его по лицу, издевались над ним, заставляя его пойти к королю и взять на себя всю вину за смерть генерала. Молодой человек лишь усмехался, страдая от боли, и отвечал, что никогда не опустится на один уровень с ними.

А ещё говорил, что скоро они будут рыдать и молить его о пощаде, чем ещё больше злил этих тварей.

Смутная догадка пронзила мысли Элены:

— Это был Кай?

— Да, — кивнул Иль Кан. — Я забежал в оружейную, намереваясь остановить этот кошмар. Трое солдат рассмеялись мне прямо в лицо, велели убираться отсюда, иначе я займу место парня на перекладине, но я отказался.

Они напали на меня, решив проучить, но я смог одолеть их, пусть и не без труда. Благо, там было полно оружия, и я смог защитить как себя, так и этого молодого воина. Мне разбили лицо, сломали рёбра, но эти трое не смогли уйти на ногах, они, буквально, уползли на четвереньках. Я помог их жертве освободиться, и он предложил навестить главного лекаря в Имперском Дворе, чтобы не навлечь на себя подозрений от тех, кто лечил солдат в казармах.