Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Так что Самарин в итоге, прости за бутырский жаргон, раскололся и дал показания. Причем в письменном виде. Я специально потом попросил Кудрявцева копию сделать. Уж больно… хм… говорящий документик. Вот приедем ко мне… Ты ведь, надеюсь, сегодня ночуешь у меня?

Нет-нет, никаких отказов я не приму! Дам тебе прочесть эту самаринскую цидулю.

Но Барона такое предложение не устроило – его сейчас буквально трясло от нетерпеливого возбуждения.

– Я обязательно прочту. А пока просто, своими словами перескажи?

– Ну хорошо.

Попробую максимально, так сказать, близко к тексту.

Гиль ненадолго задумался, вспоминая, и принялся пересказывать выбитую авторитетом, погонами и, что греха таить, кулаками Кудрявцева самаринскую исповедь.

Которую сам автор озаглавил бюрократически казенно: «Объяснительная»."

"ОБЪЯСНИТЕЛЬНАЯЯ, Самарин Евгений Федорович, по существу заданных мне вопросов, касающихся судьбы дочери врага народа Алексеева В. В., берусь пояснить следующее.

В феврале 1942 года, пойдя на поводу у сына врага народа Алексеева В.

В. (Юрия), я и моя, ныне покойная, супруга, движимые исключительно чувством сострадания, в нарушение существовавших на тот момент запретительных мер и правил, взялись переправить из блокадного Ленинграда на т. н. Большую землю малолетнюю дочь врага народа Алексеева В. В. (Ольгу), под видом нашей собственной, накануне скончавшейся от истощения, дочери Елены.

В процессе транспортировки по льду Ладожского озера наша колонна подверглась беспощадной вражеской бомбардировке, в результате которой погибли несколько десятков человек, включая мою супругу.

Дочь врага народа Алексеева В. В., не без моего, замечу, деятельного участия, осталась жива, хотя и получила в процессе авианалета психологический шок, выразившийся в почти полной потере речи.

Несмотря на то что изначально мы с супругой брались всего лишь переправить девочку до ближайшей ж/д станции и сдать ее на попечение специальным службам по работе с блокадными детьми, я, осознавая ответственность за больного ребенка, принял решение сопровождать ее вплоть до конечной станции своего следования (г.

Молотов[44]). Исходя из того, что в этом крупном промышленном и культурном советском городе девочка сможет получить более квалифицированное лечение.

В процессе совместного следования санитарным эшелоном все расходы по содержанию (кормлению) ребенка я взял на себя.