Игра в кубики читать онлайн

– Нет, я просто хорошо знаю цену деньгам.

Следователь ничего не ответила, переложила какие-то бумаги с одного края стола на другой и вдруг спросила:

– Вы совсем не помните своих родителей?

Вика опешила, не ожидала такого вопроса, готовилась давать отпор и отвергать обвинения.

– Какое это имеет значение?

– Хочу понять, что вы за человек.

– Ой, я вас прошу… – поморщилась Вика. – Думаете, я не понимаю, зачем вы об этом спросили? Хотите, чтобы я размякла и попалась на эту удочку? Разыгрываете доброго следователя? Хотите понять, какой я человек? Да вам наплевать, какой я человек! Вам главное – на меня все трупы повесить, чтобы дело закрыть! А какой я человек, вам совершенно наплевать!

Следователь слушала ее, откинувшись на спинку стула, и смотрела поверх Викиной головы.

– Вы смотрите плохие фильмы, Виктория Павловна, потому шаблонно мыслите. Если следователь спрашивает о детстве, значит, непременно хочет надавить на какие-то кнопки и заставить потерять бдительность? Я задаю этот вопрос с конкретной целью, и от вашего ответа будет зависеть, в каком русле развернется наша беседа.

Я почти уверена, что по крайней мере к трем убийствам вы непричастны.

– Да?! Только к трем? А Митина, по-вашему, я все-таки убила? – у Вики от негодования затряслись руки, она пыталась скрыть это от следователя.

– Я этого не утверждаю, но согласитесь, мотив у вас был. И вы были на месте преступления, в чем, кстати, сознались добровольно. Более того, на кроссовках, найденных в вашей квартире, земля как раз из парка Новинки, так что согласитесь, у меня есть основания подозревать вас в убийстве Митина.

– А хотите, я вам расскажу, что у вас еще припрятано, какой туз в рукаве? – подавшись вперед, сказала Вика. – Кровь на скальпеле, который нашли в моей сумке, совпала с группой крови Митина, так? – Следователь кивнула, но удивления не выразила. – И вот это ничего не доказывает, так как у нас с Максимом одна группа крови – третья отрицательная.

Вика сама не понимала, откуда у нее вдруг появилось столько агрессии, дерзости и упорства.

По характеру она вовсе не была злой или наглой, скорее – спокойной и рассудительной, но ужас задержания и несправедливых обвинений всколыхнул в ней что-то, прежде совершенно невозможное. Ей хотелось кричать, а не забиться в угол от страха, хотелось всеми способами отбиваться, а не сложить руки и покориться судьбе. Она не может себе этого позволить, пока жива мама Света.