– А как только мы окажемся в тени деревьев, то должны, как обычно, разделиться и поехать в разных направлениях.
– Остается только молиться, что на поле не прячутся лучники, – тихо пробормотала она, когда к ней подошел Уильям.
– Мало кто может поразить быстро движущуюся мишень. И если за всем этим стоит Ранальд, то бояться вообще нечего. Большинство его людей не смогут попасть в стену Данлоханской крепости. Даже в ясный день и безветренную погоду.
Кэтрин улыбнулась, а стоявшие вокруг мужчины засмеялись после оскорбительного заявления Уильяма.
Но минута веселья быстро пролетела. Ее люди ждали сигнала к наступлению. Помолившись за их жизни, Кэтрин махнула рукой и сразу же пустила лошадь в галоп. Она нагнулась к сильной шее лошади, чтобы стать как можно более незаметной мишенью, и поскакала прямо к людям, что вели их коней через поле.
Она уже почти дотянулась до первой лошади, когда увидела, как из-за деревьев вдруг выскочили сидевшие верхом мужчины и, вытащив мечи из ножен, направились к ней и ее отряду.
Ее совсем не обрадовало то, что ее подозрения оправдались и что это на самом деле оказалась ловушка. Когда один из мужчин, что вел их лошадей, попытался схватить ее, Кэтрин ударила его по голове дубинкой, отчего тот свалился на землю. Потом она взяла ближайшую от нее лошадь под уздцы и повернулась прочь, надеясь доскакать до спасительных деревьев прежде, чем Ранальд и его люди смогут настичь ее.
Что-то тяжелое ударило ей в спину, и она вскрикнула. Через мгновение Кэтрин пронзила такая острая боль, что ее зрение затуманилось.
Инстинктивно она потянулась затем, что причиняло ей такие страдания, отпуская поводья своей лошади и той, которую пыталась забрать у воров. Почувствовав, что ими внезапно перестали управлять, оба животных повели себя не самым лучшим образом. Они заметались, пытаясь понять, что делать дальше, и Кэтрин сразу же осознали, в какой непростой ситуации оказалась. Седло ходило под ней ходуном, и она потянулась за поводьями, но было уже слишком поздно спасаться.
От ее отчаянных попыток схватить их и удержаться в седле капюшон сместился и упал назад, открывая длинные волосы. Хоть почти все ее лицо и скрывала ткань, Кэтрин понимала, что многие люди Ранальда могли узнать ее по густым светлым волосам. Сам Ранальд точно бы ее узнал. Она со всего размаху ударилась об землю, боль обожгла ей бедро и спину, и на одно мгновение Кэтрин сосредоточила все свое внимание на попытке вдохнуть в себя хоть каплю воздуха.
