Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Думаю, там знают, где сейчас Батуй Чёрный.

- Мы, тору дзасагчи гунджи? – маска равнодушного спокойствия треснула и на юную принцессу взглянул обеспокоенный её судьбой воин.

- Конечно, - уверенно кивнула она, тряхнув длинной толстой косой, - я еду с вами!

***

Батуй всё никак не мог привыкнуть к такому большому городу, как Ландон. Его узкие улочки, нависающие над головой дома, давили на степного воина. То ли дело в Уолсолле, где дороги были широкими, дома отстоящими друг от друга и народ не толпился, наседая со всех сторон.

Но тумэнбаши терпел, тем более, что находясь рядом с Её Высочеством Элоизой чувствовал к этой хрупкой девушке непонятную ему нежность и тепло. Её хотелось защищать. И к поручению привести службу внутренней безопасности столицы тумэнбаши Батуй отнёсся со всей серьёзностью и ответственностью, на которую был способен.

А в рядах стражей правопорядка главного города королевства царили самый настоящий разброд и шатания: после предательства большую часть руководящего состава посадили в темницу и многим уже отсекли головы за предательство короны.

Батуй чувствовал, что разгребать ему не один месяц, но, как говорится, глаза боятся, а руки делают. Стоило только начать и пошло-поехало: новые люди на ключевых должностях, внедрение правил, что были разработаны в Уолсолле, поручение всем городским стражам вызубрить устав и правила; набор добровольцев, обучение молодняка, постройка тренировочных площадок с тренажёрами.

Многое только предстояло сделать.

Йен Роббинсон незаметно проверил всех рядовых, десятников, сотников на лояльность короне, выявил скрытых агрессоров, которым не понравились новые порядки и правила, и, подчистив им воспоминания, уволил со службы.

Его Величество Вильгельм сказал бы: на плаху! Но Элоиза решила, что пролито достаточно крови, пусть идут с миром, и приносят королевству пользу в чём-нибудь другом.

Утро начала недели вышло солнечным и уже по-летнему тёплым.

Совсем недавно Её Высочество Элоиза и княжич Данила Вадбольский поженились.

Что именно чувствовал тумэнбаши, видя, какой счастливой выглядела Её Высочество он не смог бы описать двумя словами. Но среди эмоций чётко различал: разочарование и непонятно откуда взявшееся раздражение.

Так-то мужчина давно догадался, что до битвы с клириками он по-особому относился к принцессе. И скорее всего любил её. Но сейчас, не помня, что именно между ними было, он был в полной растерянности и всё никак не мог собраться с мыслями.